Настоящие перемены начались, когда Настя подписалась на контракт. Вечером она устроила себе тайм-инсайд в «Боссе», обменявшись рукопожатием с неизвестной женщиной и удивлением от предложенного ей сделки — сделать работу заказчика, чтобы стать самой ценным клиенткой. Наступило безмолвие и ледяная чистота в этом заведении, где каждое слово подразумевало опасность....
А для этого надо было ВСЕ запомнить. Всех. Может быть, когда-нибудь…
В какой-то момент свое взяла душевная усталость, и Настя, сидя на стуле, задремала. Проснулась резко. Фомин тряхнул ее за плечо и проговорил, ухмыляясь:
– Ну все, твой выход, девочка.
– Что?.. – пробормотала Настя.
Полиция прибыла. Она засмотрелась и не заметила, как подошел тот, кто был в этом наряде полиции старшим.
– Чего уставилась? – рыкнул сквозь зубы.
А взгляд прищуренный, нехороший, как будто все ее мысли видит насквозь. Стало жутко.
– Я… ничего, – она тут же отвернулась и отвела взгляд.
– Дай сюда.
Отобрал ее сумку, вытащил телефон, быстро и умело прошерстил все и стер. И только потом вернул. Еще добавил:
– Смотри мне, чтоб без глупостей. А то сейчас пустим по кругу, а потом пойдешь за компанию с этим. И скажем, что так и было.
– Нет-нет, что вы, – закашлялась Настя. – У меня и в мыслях не было…
Он только сплюнул на пол прямо ей под ноги, развернулся и ушел.
Только дикое желание вырваться удерживало Настю от того, чтобы не завыть в панике.
Потом была подготовка. Одежду на ней порвали, понаставили синяков. Было даже не столько больно, сколько дико страшно. Покойника одели и, как она поняла, будет инсценирована его смерть за рулем. Место глухое, мужик был хорошо выпивший. Проливной дождь. Авария – самый разумный выход. Все чисто, и концы в воду.
Нет, Настя, конечно, подозревала, что в полиции не ангелы служат, но она всегда считала, что это нормальные ребята, на которых можно положиться, просто иногда обстоятельства вынуждают.
Это было тяжело осознавать. Психологический слом.
Однако тяжелее всего было, когда вывезли ее на полицейской машине куда-то в лес и Фомин высадил ее на обочине.
– Жди. Скоро тут должна проехать мужик на белом «коне», – он назвал номер машины и заставил повторить несколько раз. – Помашешь ему ручкой. Делай, что хочешь, хоть на голове стой, но он должен взять тебя с собой.
Дверь захлопнулась, машина уехала. Сначала как-то крепилась, но потом навалилась безысходность. Настя заплакала от жалости к себе. Дождь, темнота и лес кругом, а у нее даже нет зонта.
Вдруг за поворотом мелькнули фары! У нее сердце зашлось. Заколотилось где-то в горле. Дикое облегчение и страх. Настя уже готова была повернуть назад, бежать в лес, спрятаться.
