Утро и дождь создают мрачную атмосферу над городом. Капельки стекают по окну, мерцая от мелкого дождя, как будто зеркальце в безликой гостинице или офисе. За окном всё еще одинаково, скучно и уныло – ни одного знака, что вы находитесь за пределами своей страны.
Здание заминировано, — я пнул ногой стоявшую у стола сумку.
— Кто вы? — по-моему, он даже не удивился.
— Один из тех, кто ее захватил.
— Сколько вас?
— Ой, много.
— Ваши требования? — этот парень определенно начинал мне нравиться.
— Свяжитесь с местной милицией и прикажите не делать резких движений. У нас тут больше килограмма пластида, — и еще раз пнул сумку.
— Что-нибудь еще? — так и хотелось ответить: «Пиццу, три литра пепси и билет в спальный вагон до Уругвая».
— Высылайте своих сотрудников и обязательно переговорщика.
— Понял, оставайтесь на связи.
Я закурил и принялся пускать дым в форточку. Вдруг очень захотелось есть, пить и спать, причем одновременно. В левом нагрудном кармане забилась, как рыба на песке, телефонная трубка. Я поймал ее и заглянул в светящееся окошко: «Нет номера».
— Да.
— Командир, это я, — звонил Дед.
Милое дело — устраивать засады на колонны на узкой горной дороге. Подожжешь, бывало, головную и хвостовую машины, а потом без лишней суеты и спешки уничтожаешь все остальные вместе со всеми остальными.
В Подмосковье гор, как известно, нет. Исключительно равнины, до предела окультуренные лесочки, больше напоминающие парки и поселки с коттеджами. Озера, речки, русские березы. А вдоль дорог девки с ценниками стоят. Красота!
Едва не забыл, иногда встречаются, как поется в песне, «рощи вдоль пригорка». Вот это хорошо, потому что к каждому пригорку обычно прилагается низинка. А это дает простор для полета оперативной мысли.
— Выезжают, — тихонько проговорил Шадурский.
— Вас понял, — отозвался с крохотной возвышенности по другую сторону грунтовки Берташевич.
— Огонь по моей команде.
— Угу.
Гор в Подмосковье не наблюдается, зато здесь много грязи, тоже очень полезная вещь. Крохотная колонна из четырех машин выехала с территории базы и, освещая дорогу фарами, двинулась к выезду на шоссе. На пологом подъеме идущий первым, корейский микроавтобус, забуксовав в родных русских говнищах, потерял ход. Остальные три машины приблизились вплотную.
— Давай! — Шадурский надавил на спусковой рычаг лежащего на правом плече тубуса ручного противотанкового гранатомета РПГ-18 с милым названием «Муха».
Микроавтобус аж вспучило от взрыва. Нечто подобное приключилось и с идущей в хвосте «Газелью», второе насекомое ударило ей в левый борт. Отбросив в сторону тубусы, и тот и другой схватили пульты управления.
Взрыв! Взрыв! Треск и снова взрыв. Тишина.
