Утро и дождь создают мрачную атмосферу над городом. Капельки стекают по окну, мерцая от мелкого дождя, как будто зеркальце в безликой гостинице или офисе. За окном всё еще одинаково, скучно и уныло – ни одного знака, что вы находитесь за пределами своей страны.
Достал из кармана мятную конфетку, забросил на всякий случай в рот и спустился в дежурку. Бравый капитан уже был там, буквально приплясывал на месте в нетерпении под снулым взглядом дежурного. В бриджах, начищенных до зеркального блеска сапогах и кителе под портупеей. С кобурой на боку и секретным чемоданчиком в руке.
— Сысоев, — представился Сергей и протянул руку.
— Капитан Шишкин, — ответил тот, руки не подав. — Быстрее лейтенант, времени в обрез.
Волков присмотрелся повнимательнее: ух, ты, горящие чахоточным румянцем щеки, лихорадочно блестящие глаза, лицо с явными следами азарта и радости свершения.
— Пойдем, — не успел Сергей подойти к лестнице, как Шишкин, обогнав его как стоячего, рванул наверх.
— Куда дальше? — заорал на бегу.
— По коридору до конца, последняя дверь направо за углом… — и только сапоги застучали.
Первым делом товарищ капитан сорвал печать и извлек из чемоданчика заполненный типографским способом документ с угловым штампом в левом верхнем углу и выложил на стол перед Сергеем.
— Давай.
— Что давать-то?
— Заполни, распишись и поставь дату.
— Зачем?
— Ты, что, совсем идиот? Это подписка о неразглашении.
— Неразглашении чего?
— Того, что сейчас узнаешь.
— А как я могу не разглашать то, чего не знаю? — на полном серьезе полюбопытствовал Волков и округлил глаза.
— По-моему, ты нарываешься, — прищурился чекист.
— А по-моему, я только что забыл китайский.
С минуту они молча смотрели друг на друга, угрожающе один и с искренней придурью во взоре второй. Как и следовало ожидать, первым не выдержал Шишкин.
— Ладно, потом разберемся. Слушай внимательно, — тут он приосанился. — Я только что раскрыл валютное дело, — извлек и аккуратно положил на стол несколько бумажек, очень похожих на банкноты.
Волков взял одну из них, осмотрел, после чего неторопливо разложил все на две стопочки.
— Картина ясна, — сказал он. — Что тебя интересует конкретно?
— Это юани?
— Да.
— Китайские?
— Конечно.
— На какую сумму всего?
— На какую сумму? — Волков так же неторопливо принялся пересчитывать банкноты в первой стопочке. — Одна, две, три…двенадцать — и во второй. — Одна, две, три, четыре… Всего получается четыре триллиона, один миллиард и двести миллионов юаней. Думаю, что это несколько годовых бюджетов Китайской Народной Республики. Поздравляю, капитан, ты очень богатый человек.
