Васька не может проснуться, даже когда в избе открывается входная дверь. Он медленно привыкает к свету, словно зеркало погружается в глубокий пруд. Дыхание сестры и храп старшего брата создают непрекращающий ритм — мелодию ночи, которая заставляет Ваську снова опускаться в забытье. Копейщик — это история о том, как маленький человечек держится на грани между сном и реальностью, а его мир тесно переплетен с узорами обычной семьи....
Тот из крестьян, что с такой легкостью избавился от Илериона, видимо, чувствовал ее состояние, и дружелюбно кивнул, будто приглашая, «давай-мол, спрашивай».
— А вы с князем пришли? — спросила она самое важное.
— Так точно, с князем, — подтвердил он, — Тебе, я так понимаю, к нему надо?
— Ага.
— Мы тебя отведем. Как звать-то тебя, дочка?
— Ольха.
— Вона как. Ну, меня зовут Прохор. А его вот Ефим.
— Как же удачно вы там оказались, — ее еще основательно потряхивало, — Спасибо.
Дядьки переглянулись и рассмеялись.
— Да, мы минут двадцать смотрели, как ты по базару круги нарезаешь, — сказал Прохор весело, — Стало нам любопытно, перед кем это ты след заметаешь.
— Дядя Прохор, а вы на него заклятием каким-то воздействовали?
— Если быть точным, чару наложил, — пояснил Прохор.
— Вообще-то тот эльф довольно силен…
Прохор сам себя хвалить не стал. За него ответил Ефим:
— Прохор у нас медведя-шатуна может от деревни отвадить, что ему этот прощелыга?
— Так ведь вы же без всякого нифрила!
— Ну и что? Отчего-то многие думают, что сила в самом нифриле, а на самом деле, он — просто лукошко.
— Какое лукошко?
— В которое ягодки в лесу собирают. Вот чтобы из лукошка ягодку взять, надо чтобы сначала, что…?
— Что надо? — Ольха начинала чувствовать себя полной дурой.
— Надо чтобы сначала эту ягодку в лукошко кто-то положил. Подумай сама, пока человек свою силу в нифрил не вложит, он будет оставаться обычной каменюкой.
— Так что сила — не в нифриле, что ли?
— Ну, наконец-то, поняла. Все верно. Сила в человеке.
«Ой-ей-ей, — сказала она себе, — вот тебе девочка еще одна короткая, но емкая и совершенно поразительная лекция по теории нифрила»…
* * *
Как вышел с базара, Илерион не помнил совершенно. Перед ним стоял один из воротных стражников и пытался привлечь его внимание:
— Вы в порядке, господин?
— Что?
— Вам чем-то помочь?
Хотя в этот раз он сознания не терял, но приходил в себя не менее мучительно.
— Да, чем ты поможешь-то? — в сердцах бросил он и пошел прочь.
Илерион направился в офис. Камня он не добыл, зато добыл важные сведения. Возможно даже поважнее самого камня. Стычка на базаре помогла ему сложить, как он считал, полную картинку.
