Васька не может проснуться, даже когда в избе открывается входная дверь. Он медленно привыкает к свету, словно зеркало погружается в глубокий пруд. Дыхание сестры и храп старшего брата создают непрекращающий ритм — мелодию ночи, которая заставляет Ваську снова опускаться в забытье. Копейщик — это история о том, как маленький человечек держится на грани между сном и реальностью, а его мир тесно переплетен с узорами обычной семьи....
— Куда? — не понял Хухля.
— Туда! — ответила Ольха с ударением, — Покажешь мне этих шпионов.
Хухля вздыхал и бурчал, но ему пришлось-таки встать из-за стола и повести Ольху к «шпионам».
— Вот, что меня в тебе раздражает, волчица, — жаловался он, — Так это твоя неуемность. Если тебе что в голову втемяшится, все! Гаси нифрил, танцульки отменили.
Ольха помалкивала и виновато улыбалась, позволяя Хухле выпустить пар. Тот, хоть и ворчал не переставая, но все же вел ее в сторону конюшни. Правда, на полпути он вдруг внезапно сошел с дорожки и направился прямо в сильно разросшиеся непролазные колючие кусты.
— Э-э. Ты что, сдурел? Я через эти заросли не продерусь, — Ольха остановилась и решительно схватила Хухлю за руку, — Куда это ты меня тащишь?
— Волчица, ты, как сама сказала, здесь уже месяц как, а до сих пор попадаешься на простейший морок.
— Ой, да. Кусты не настоящие…
— Пошли уже, — они двинулись прямо сквозь несуществующие заросли, и уже через пару шагов оказались на вполне приличной утоптанной тропе.
Ольха с любопытством осмотрелась. Земля «шпионов» была невелика, по сути только одно здание с узким двориком, притулившееся к задней стене конюшни. Но ее все-равно поразило, как можно было спрятать это здание в пределах крепостной стены. Ольха могла поклясться, что излазила все мыслимые места академии вдоль и поперек.
— Вот, ты что о себе возомнила, а? — продолжал бухтеть Хухля, — Думаешь тебя так же просто пустят к разведчикам?
— А, что тут такого, — простодушно ответила Ольха, — Мне ректор разрешил посещать любые курсы.
— Факультет разведки не подчиняется ректору. Я же сказал, самостоятельное учебное заведение! — Хухля покачал головой, — Если хочешь, могу поспорить, что старый Лис тебя и на порог не пустит.
— Кто-о-о? — Ольха снова вцепилась Хухле в руку.
— Да, отпусти ты. Больно же, — Хухля с трудом высвободился из ее хватки, — Я вот тебя не понимаю.
— Ну, извини, Хухля, — сказала Ольха примирительно, — Ты сказал, что у этих, как ты их называешь «шпионов», главный какой-то Лис?"
"— А что тут такого? Ты — волчица, я — заяц, Бартоло — лис.
— Ну, — Ольха замялась, — Просто это странно как-то. Ведь Лисы — кочевники. Не думала, что среди них могут быть преподаватели академии.
— В этом ты права.
