В корабле призраков идет речь о пиратском купце, чей судно стало объектом теневых интересов после серии необычных удастся. Опасные морские путешествия сопровождаются загадочными явлениями, предвещаемыми непривычной атмосферой и странными знаками судна, словно ожившим мертвецом в беседке трюма....
– Я думаю, со временем все выяснится.
– Но этот матрос…"
"– Этому матросу нельзя доверять. Ведь нет никаких свидетелей. А все эти байки о сверхъестественных силах оставьте на его совести… Нужно подождать.
– Сколько? – вполне серьезно спросил Распопов.
– Даже в розыск так быстро не объявляют, Николай Иванович… – блеснул Альберт Бенедиктович своими профессиональными знаниями.
– Да, – подтвердил Вадик. – Всему свое время!
Пожелтевшая страничка из судового журнала казалась теперь всего лишь жалкой бумажкой, наваждение рассеялось, и окончательно осмелевший адвокат протянул за ней пухлую руку:
– Если вы не возражаете, я оставлю ее у себя… Как трофей, так сказать.
– Берите, берите, Альберт Бенедиктович, – сразу же согласился Муха. – И давайте выпьем по поводу вашего счастливого избавления. Возвращения, так сказать, в строй живых и невредимых.
– Отличная мысль, молодой человек! – Адвоката несло. – Кстати, у меня возникла блестящая мысль: давайте все сейчас отправимся на палубу, под звезды, к морю, ко льдам! Мухамеджан, голубчик, у нас есть еще шампанское?
– Можно принять из него ванну, если желаете, – улыбнулся Муха.
– Тогда идемте!
Мысль адвоката понравилась всем: почему бы не вспрыснуть столь радостное событие, качели жизни на “Эскалибуре” исправно раскачивались от страха к наслаждению и обратно. Вот все и стало на свои места, думала я, действительно, незабываемая поездка.
– Ну, как тебе тревеллинг? – спросил меня Вадик.
– Это не тревеллинг, это хеппенинг какой-то, – сказала я.
– А я что говорил!..
Первая партия пассажиров потянулась к выходу и прямо в дверях столкнулась с Сокольниковым. Он был в джинсах и наспех наброшенной на плечи рубахе. Только что из койки вылез, неприязненно подумала я, хорошо еще, что не в набедренной повязке, только и знает, что за жратвой и выпивкой шастать, можно представить, какой свинарник они развели в каюте…
– Вы не видели Клио? – спросил Сокольников ревнивым голосом.
– Клио? – удивился Муха. – Она сюда даже не заходила.
– Как не заходила? – теперь уже удивился банкир.
– Ее не было, – подтвердил Антон.
– Она же сказала мне, что пошла взять что-нибудь выпить… Она сказала…
Адвокат за спиной Антона судорожно вздохнул и выронил на пол бутылку шампанского. В бильярдной повисла угрожающая тишина.
– Она сказала, что сейчас придет, – беспомощно повторял Сокольников. – Здесь и идти-то две минуты.
