В корабле призраков идет речь о пиратском купце, чей судно стало объектом теневых интересов после серии необычных удастся. Опасные морские путешествия сопровождаются загадочными явлениями, предвещаемыми непривычной атмосферой и странными знаками судна, словно ожившим мертвецом в беседке трюма....
Последняя фраза, сказанная Карпиком, и этот взрослый, почти торжествующий, взгляд испугали меня не на шутку. Нет, Карпик не боялась убийства, ей нравилось говорить об этом, это занимало все ее мысли, свободные от ненависти к красоте Клио. Я могла ожидать чего угодно, кроме этого жгучего любопытства. А впрочем, нет, – ведь Карпик сама предпочла сытенькому Диснейленду охоту на тюленей…
– Его убили.
– Да нет же! – Я стала терять терпение и почти оттолкнула от себя Карпика. Но она лишь крепче прижалась ко мне.
– Неужели ты не хочешь во всем разобраться, Ева? Это же так интересно…
– “Интересно”, надо же! “Интересно”, самое подходящее слово.
– Ну хорошо, пусть не самое подходящее… Я говорила об этом с папой. Я насторожилась:
– И что папа?
– Наорал на меня. Сказал, что он сыт по горло. Сказал, что я гадкая девчонка и что он больше со мной никуда не поедет. И что мы улетим этим вертолетом. Я не хочу улетать… Я хочу остаться.
Что ж, я могла только посочувствовать Карпику.
– Твоя версия – почему его убрали?
– Господи, ты опять за свое!
– Я же вижу, что и ты думаешь так же. Ведь правда?
Я подавленно молчала. Господи, чего хочет от меня эта девчонка, какого ответа добивается? Пока я трусливо пыталась спрятать свои сомнения, Карпик не спускала с меня глаз.
– Чего ты от меня хочешь, Карпик?
– Чтобы ты сказала правду. Учти, если ты будешь врать, то у тебя вырастут волосы в носу. Так папа говорит. Хочешь, чтобы у тебя выросли волосы в носу?
– Нет.
– Тогда говори правду.
– Хорошо. – Я зажмурилась и выпалила яростным шепотом:
– Хорошо. Я тоже считаю, что его убили. Теперь ты довольна?
Мое признание произвело странное впечатление на Карпика. Она широко улыбнулась, обхватила меня руками и крепко прижала к себе.
– Ну, – торжествующе сказала Карпик, – и что теперь мы будем делать?
– В каком смысле?
– Теперь, когда мы знаем, что кто-то на корабле убил старшего помощника капитана.
