В корабле призраков идет речь о пиратском купце, чей судно стало объектом теневых интересов после серии необычных удастся. Опасные морские путешествия сопровождаются загадочными явлениями, предвещаемыми непривычной атмосферой и странными знаками судна, словно ожившим мертвецом в беседке трюма....
Но скорее всего дело было не в Карпике и не в ее отце, – просто моя потрепанная, поднаторевшая в многочисленных несчастьях психика сама ставила защитные барьеры и держала оборону по всем направлениям.
Надо найти девочку и сказать, что опасность миновала. И кажется, я знаю, где ее искать. Вот только нужно найти проводника понадежнее.
Я нашла стюарда Романа в опустевшей после обеда кают-компании. Он уже убрал со столов и теперь сидел в кресле у музыкального центра. И, ковыряясь в зубах зубочисткой, читал Ортегу-и-Гассета.
– Вам что-нибудь нужно? – приветливо спросил стюард.
– Вы не подскажете, как найти некоего Макса?
– Sorry? – Ромик уставился на меня. Скажите пожалуйста, в простоте слова не скажет, даже переспрашивает по-аглицки! Клио, должно быть, это безумно нравится.
– Рефмеханика, – терпеливо уточнила я. – Если я правильно интерпретирую название. Он отвечает на корабле за холодильные камеры.
– А зачем он вам? – Для стюарда Ромик оказался чересчур прыток.
Уж ты-то наверняка можешь помочь любой женщине, один подбородок чего стоит. Недаром Клио из всех толстых кошельков и профессионально вздыбленных гульфиков со стажем выбрала именно тебя.
– Думаю, что нет. Мне нужен именно Макс.
– Странный у вас вкус, – захлопнув книгу, схамил он мне с обворожительной улыбкой. – Чтобы не сказать, что специфический.
– У вас тоже, – не осталась в долгу я.
– Sorry?
– Я имею в виду книгу, которую вы читаете.
– Я предпочитаю термин “стюард”.
– Да, конечно. Sony.
– Идемте, я провожу вас.
В полном молчании мы миновали пассажирские палубы. На трапе, ведущем к матросским каютам, я самым гнусным образом споткнулась и упала бы, если бы Ромик не поддержал меня. Его руки не задержались на моем теле дольше, чем это было нужно, но ухватились точно за грудь. Я слегка поморщилась.
– Sorry, – все так же улыбаясь, сказал Ромик, ставя меня на ноги.
– Что вы! Это вы – sony! Так почему все-таки Ортега-и-Гассет?
– Мне нравится массовое сознание и массовая культура. А мы уже пришли.
Ромик подвел меня к крайней каюте. В торце, рядом с каютой, находилась внушительная дверь с табличкой “СПЕЦОДЕЖДА”.
– Это здесь. – Ромик даже не думал уходить.
– Спасибо.
– Постучать?
– Я сама постучу. Еще раз спасибо за беспокойство. Не смею больше вас задерживать.
