— Совсем ополоумел? — услышал я голос старосты, вытирая скупые мужские слёзы, — К нему ни туфли, ни сумочка не подходят.
— У тебя есть десять минут и две лучшие продавщицы в помощницах. Бегом!
Чтобы успеть в парикмахерскую нам пришлось поторапливаться. Эмгана опять нацепила на себя дурацкую накидку, и она мешала ей быстро идти, постоянно путаясь в ногах. Как бы то ни было, но дверь в местный салон красоты я открыл одновременно с боем часов на городской башне.
— Какая точность, — недовольно проскрипела лэра Энасти, но тут же заткнулась, оглядывая меня с ног до головы, — Это надо же было меня так провести. Вырядиться нищим, получить скидку, и лишь затем прилично одеться.
— Что за гнусные домыслы в мой адрес? У меня всё по-честному. Деньги на одежду я только вчера выиграл, а к вам заглянул, пока мне костюм подгоняли.
— Он ещё и в азартные игры играет, — никак не унималась старая калоша, неодобрительно мотая головой.
— Эмга, хоть ты ей скажи, что деньги я выиграл честно, поставив на себя в поединке со старшекурсником, — тряхнул я девушку за руку, которую до сих пор придерживаю, чтобы староста не удрала.
— Эмгана, — придушенно пискнула она, словно я её не за руку, а за горло ухватил.
— О, кстати, как вам девушка? По-моему, мечта настоящего мастера, не находите? — проигнорировал я и писк старосты, и скепсис владелицы салона, который прорезался у неё на лице, хотя она и пыталась скрыть своё впечатление, — Словно чистый холст, на котором истинный художник способен нарисовать шедевр.
— На звание мастера я не претендую, но в моём представлении девушка может выглядеть примерно так, — усадив Эмгану в глубокое кресло, из которого не так-то просто выбраться, я достал из кармана несколько сложенных листков бумаги и подошёл с ними к лэре.
Художник из меня конечно так себе, но дружеские шаржи я умел рисовать вполне прилично. По крайней мере люди на моих рисунках легко узнавали и себя, и своих знакомых. Вчера, просидев с карандашами далеко за полночь, я понял, что зрительная память у меня стала лучше, и я способен отображать не только шаржи, но и вполне неплохие портретные зарисовки.
— Это кто? — задумчиво перебрав мои наброски, вернулась лэра к рисунку с Мэрилин Монро, на который я потратил больше всего времени.
— Мечта, к которой мы будем стремиться, но не сегодня. К столь смелому и яркому образу неокрепшая психика нашей клиентки ещё не готова. Поэтому рисунки ей показывать не стоит.
