В зимнем королевстве, где смерть кажется неотступной тенью, поднялся смелый молодой кузнец. Он решает искать новый мир за пределами своих унылых стен, надеясь найти силы противостоять вечной тьме. В пути он откроет, что его драгоценный кузнецкий ремесленник — это ключ к борьбе с смертью и королевским злом....
И Демьен — зачем Демьен поехал к Ежинке, всем троим было известно. Или не всем?.."
"— Что это ты напудрился так? — подозрительно спросила Уна, вглядываясь в знакомые черты. Она могла бы поклясться, что это точно Дерек. Каждая черточка, каждая родинка на его лице была ей знакома. Дерек осекся, мазнул по лицу ладонью, посмотрел на пальцы.
— Да нет на мне никакой пудры, — раздраженно ответил он, и сердце у Уны буквально оборвалось, словно в пропасть упало.
Дерек не ответил на пароль! Не понял, что означают эти слова!
— А ты кто такой? — в лоб спросила Уна, мгновенно перестав плакать.
Враг был прямо перед ней. Один из той компании негодяев, что пытались расколоть старый добрый мир, как леденец — на мелкие куски. Каждому по куску…
Лже-Дерек молча сопел, понимая, что попался.
— Я, — произнес он, наконец, — тот, кто имеет все права на трон. Посмотри в свой волшебный календарь — может, там ты найдешь ответ на свой вопрос?
Уна глянула.
И на перелистываемых страницах увидела Демьена, замерзающего в снегу, и Дерека, заплутавшего в метели.
Тот, с лицом Дерека, что стоял перед ней, нахально улыбался. В его голубых глазах разгорались адские алые точки, словно зловещее сверкание алых камней отражалось в них.
— Смотри, — он вкрадчиво кивнул на страницу календаря, — Дерек, возможно, еще выберется. А вот Король — точно нет. Замерзнет. Мне это даже выгодно. Дерек размазня; он не посмеет оспорить трон.
Сказал — и расхохотался, неприятно, некрасиво. Дерек никогда так не смеялся. Его лицо, натянутое чужаком, кривлялось, искажалось, потому что не привыкло к таким страшным гримасам, и Уне казалось, что не негодяя кожа кипит, натянутая поверх его собственной физиономии.
«Не отпускать! — билась мысль в висках Уны. — Только не отпускать! Он хочет, чтоб я отпустила и снова победила бесконечная Осень!»
— Не смей так говорить о Дереке! Он слишком хорош, ты и ногтя его не стоишь, мерзавец!
Страницы рвались из ее рук, по одной-две перелистывались обратно, бились, хлестали ее по ладоням.
— А знаешь, почему книга тебе сопротивляется? — ходя кругами, как кот, шептал злодей с лицом Дерека.
