Автор
Я находилась в вагоне поезда, окруженная хлопотами соседки по купе — старушки с сумками и упаковками на всю ночь. Мой батяшка даже несмотрянил силиконовые шумоизолирующие слухи, но это было мало. Несмотря на все усилия, моя нервозность только росла. Так началась череда странностей: внезапные звонки в дверь ночью, непредсказуемые встречи с неизвестными и тайны, скрывающиеся за каждым углом......
Никого в жизни я не хотел так, как хочу тебя.
А вот это уже признание, я считаю. Это не сон, не моя больная фантазия. Это реальность. Наша реальность.
Момент, когда меня осторожно опускают на подушки, чтобы сразу же обрушиться на губы, углубляя поцелуй, лишая доступа кислорода.
Он накрывает меня собой, и, чувствуя его возбуждение, хочется кричать и кричать, не сдерживая себя. Это сказка. Я попала в сказку, в которой хочется остаться.
Разве не каждая девочка мечтает о таком?
Наверно, в тот момент я и перестала себя контролировать.
— Назар, я… — Он должен знать. Должен. Но как сказать? И так сердце разрывается, а тут еще это признание. — Я…
— В раю?
— Ага. И ты станешь его первооткрывателем.
Мы идиоты. Со стороны, наверно, такими и кажемся. Два шутника, которые понимают друг друга.
— Я женюсь на тебе. Серьезно женюсь. Стану мужем креветки, и… да к черту…
Жадным поцелуем он накидывается на меня, и мне хочется подчиняться.
Барьер разрушен. Слова все сказаны. Желания перестали быть фантазиями и перенесли нас в реальность, где Назар с особой осторожностью возносил меня на ту вершину, которую раньше я даже на расстоянии не видела. Секундная боль была лишь секундной болью, и она в один момент улетучилась, оставив нас наедине друг с другом.
— Люблю тебя.
Это я простонала?
Глава 50
Черт.
Не я размякла до состояния печеньки, которая месяц лежала в святой воде, и это не я ляпнула те слова, какие должна была скорее услышать, чем сказать сама.
Секунды текли в глупом неловком молчании, и я успела накрутить себя до состояния «можно вырвать волосы, лысой мне пойдет больше». Ох, блин. Так что я облегченно выдохнула, когда парень молча поправил подушку и укрыл нас одеялом, закидывая руку на мой живот.
Не услышал.
Хвала Аиду, поклон его верному Церберу.
Теперь можно с уверенностью откусывать себе язык, зная, что он точно способен кинуть меня в самый неподходящий момент.
Проснулась я первой. Встать с кровати возможности не было, так как крокодил меня к матрасу придавил, во сне довольно улыбаясь, поэтому пришлось напрягать шею и лежа оценивать территорию. При виде похожего интерьера, будто квартира Суханова — улучшенная копия моей квартиры, я почему-то улыбнулась.
