Однако и у них вышла небольшая ошибочка: краски были изготовлены с недостаточной тщательностью, а этого знаменитый художник не допускал.
— Послушайте, какое отношение это имеет ко мне?
— Ах, вот вы о чем! — словно бы удивился Лазар. — Я просто хотел спросить, вы случайно не бывали в таких мастерских? Ну что вы меня так сверлите взглядом? Мне, право, неловко. Да не обижайтесь вы на меня. Я ведь не только у вас это спрашиваю. У всех! Глядишь, что-нибудь и выяснится. Все-таки это такая щекотливая сфера, сами понимаете, теряется престиж страны. Вот не так давно Лувр обменялся картинами с Лондонским музеем. Англичанам захотелось устроить выставку фламандцев. И что вы думаете! Эксперты обнаружили на персонажах картин некоторые элементы одежды восемнадцатого века. Неприятность вышла, да-с! Кстати, чуть не забыл спросить у вас… куда же это она запропастилась… Вот незадача! — Комиссар похлопал себя по карманам. — Ах, вот она, — облегченно вздохнул он. — Я уж думал, что затерялась где-нибудь. — Он вытащил из кармана небольшой бумажный кулечек и осторожно принялся его разворачивать. — Вам это ничего не напоминает? — взял он в руки небольшой зеленый камушек.
Савелий невесело хмыкнул:
— А собственно, что мне это должно напоминать?
— Это изумруд. И весьма редкой чистоты. Иметь такой камень может позволить себе только человек очень состоятельный. И знаете, где мы его нашли?
— Понятия не имею, — как можно безразличнее произнес Родионов.
— В банке! — восторженно произнес комиссар Лазар. — В коммерческом банке, что был не так давно ограблен. И лежал он недалеко от входа. Очевидно, преступник впопыхах зацепился за ручку двери, вот он и отскочил. Понимаете, на запонках бывают такие маленькие металлические крючочки, — стал показывать комиссар Лазар на пальцах. — Вот, видно, один из них и разжался.
— Послушайте, — слегка вспылил Савелий Родионов, — а какое, собственно, отношение этот камешек имеет ко мне?
Комиссар Лазар выглядел слегка обескураженным.
— Право, вы меня удивляете, — покачал он головой, — ведь это он же с вашей запонки отлетел. Я-то его сначала не заметил. Хотя в поисках улик мы обшарили все уголки. Думал, неужели преступник ничего не оставил? Хотя, конечно же, быть такого не может! После каждого преступления обязательно остаются какие-нибудь следы. Этому меня учили мои выдающиеся наставники… Если бы вы знали, господин Родионов, какими они были сыщиками! — предался воспоминаниям комиссар Лазар.
