Закрыв собой полнеба, она слегка улыбалась, а потом, приподняв руки, принялась манить к себе галеру прямиком на торчащие из воды колючие рифы.
Бахтияр онемел от ужаса. Самое страшное заключалось в том, что возникшее видение каким-то неожиданным образом сумело парализовать его волю. Чувствуя собственное бессилие, он вдруг с ужасом осознал, что, чрезмерно повернув штурвал, направил галеру прямиком на огромный валун, похожий на какое-то демоническое создание. Но правда заключалась в том, что судно даже не успеет столкнуться с камнем. Трагедия произойдет значительно раньше, едва только галера развернется и гребцы сделают несколько гребков. Расширив от ужаса глаза, капитан почувствовал, как киль, регулируя поток воды, направил судно прямиком на ярко-красный гранитный обломок, торчащий из воды. А в прозрачной бирюзовой глубине он уже различал тянущиеся вверх огромные мощные кораллы, которые вот-вот тронут днище загребущими щупальцами с хищными смертельными коготками.
Даже легкого соприкосновения с ними будет достаточно, чтобы разодрать днище галеры. В то же мгновение в образовавшуюся брешь с могучим напором устремится мощный поток воды. Не успеешь сосчитать до десяти, как море затопит трюм, и первыми погибнут невольники, прикованные цепями к тяжелым веслам. А дальше корабль, огрузнув, начнет медленно переворачиваться на борт, чтобы увлечь за собой в прохладную глубину капитана вместе с экипажем.
Женщина вдруг неожиданно сошла с полотна и уверенно зашагала по воде. Бахтияр видел, как ее платье развевалось на ветру и… О боже!.. Ноги у нее были босыми — еще секунда, и она расцарапает стопы о выступающие камни, такие же острые, как сельджукские ятаганы.
Женщина не должна пораниться, и Бахтияр закричал, разрывая криком легкие:
Пират с удивлением обнаружил, что его голос внезапно охрип. Но тут же осознал, что это кричал шкипер, вцепившийся обеими руками в штурвал, пытаясь вырвать его из рук капитана. Но Бахтияр словно врос в палубу, не в состоянии сделать даже крохотного шага в сторону.
— Назад! — кричал шкипер, пытаясь оттеснить капитана от штурвала.
Женщина сделала шаг, потом другой, такой же осторожный, изящно воспарила над выступающими камнями и, подобно утренней дымке, растаяла в воздухе.
Но вдруг на том самом месте, где только что была женщина с картины, Бахтияр увидел сцены из «Страшного суда». Они выглядели яркими и были так близко, что он сумел рассмотреть даже джиннов, протыкающих копьями грешников.
