Мало ли что…
— Как скажешь, хозяин.
Двор выглядел пустынным. Савелий осмотрелся. Уже заметно стемнело, в небе ярче засветился лунный серп. В воротах мелькнула чья-то тень. Савелий замер. Никого. Может, все-таки показалось? Очевидно, ветер колыхнул верхушки деревьев, вот тень и упала прямехонько на створчатые ворота. Уже более не таясь, Савелий уверенно стал подниматься по лестнице. На втором этаже послышались удаляющиеся шаги. В конце коридора хлопнула дверь.
Савелий, стараясь не шуметь, направился следом. Прислушался. За одной из дверей раздавались приглушенные мужские голоса. Савелий торкнулся в соседнюю дверь. Закрыто. Уже легче. Достав отмычку, мгновенно отворил ее. Это была кладовка, где находились старые, пропахшие плесенью вещи, в стене — ниша в рост человека. Родионов протиснулся в нее не без труда. Отсюда прекрасно было слышно каждое слово, раздававшееся в соседней комнате. Просто какая-то потайная комната.
— Я уезжал на некоторое время из Парижа, — перебил гость. — Вижу, что вы меня не ожидали. Тем лучше! Люблю сюрпризы. У вас все готово?
— Почти, осталась только самая малость.
— Тянете! Все сроки уже вышли, — раздался раздраженный голос. — Вы должны были сделать все еще два дня назад.
— Работа не шла. А потом у меня были веские причины, — голос собеседника звучал слегка виновато.
— Знаю я все ваши веские причины! Ухлестывали за какой-нибудь кокеткой! А они отнимают не только время, смею заметить, но и деньги! Имейте в виду, я вам не дам ни франка до тех самых пор, пока вы не сделаете то, что нужно.
Голос перешел на зловещий шепот, даже через перегородку чувствовалось, как сильно разозлен говоривший.
— Сейчас мне нужны картины!
— А как же предыдущая картина, которую я передал вам на прошлой неделе? Я над ней очень серьезно поработал. Мне удалось ее состарить. Она смотрится как настоящая!
— Бездарная фальшивка!
— О чем вы говорите!
— Вы еще спрашиваете?! На баронессе, изображенной на этой картине, были украшения восемнадцатого века. А вы какой век рисовали? Пятнадцатый!
— Хм… Недосмотрел. Может быть, предложить ему другую картину?
— Исключено, он хочет именно эту. Скорее всего, с этой картиной у него связана какая-то семейная тайна или предание.
— Может, вы мне все-таки ссудите хотя бы небольшую сумму, — голос собеседника прозвучал почти умоляюще.
После подобной просьбы, да еще произнесенной таким голосом, обычно раздается всхлипывание. Савелий даже прислушался, не услышит ли он нечто подобное. Но нет, обошлось.
