В мирное время, в звездных небесах и душесп采bingа холмах жива лишь одна песня - "Король в желтом". Безмолвная, как слезы с проклятой Каркосой. Эту легенду переплетает природа и истории великих королей, где каждое слово имеет тяжесть веков.
Воробьи вокруг ссорились и щебетали любовные песни, крупные розовые горлицы перелетали между деревьями, в солнечных лучах кружились мухи, а цветы источали тысячи ароматов и бередили сердце Клиффорда смутной тоской. И поэтому он сказал:
– Эллиот, ты настоящий друг…
– Так, это что еще такое? – сказал тот, откладывая книгу. – Все именно так, как я и думал. Ты опять гоняешься за очередной юбкой. И, – продолжал он с досадой, – если ты заставил меня прогулять занятия ради того, чтобы надоедать мне рассказами о совершенствах какой-то маленькой дурочки…
– Она не дурочка, – мягко возразил Клиффорд.
– Послушай, – воскликнул Эллиот, – у тебя хватает наглости говорить мне, что ты опять влюбился? Опять?
– Да, опять, и снова, и снова… Боже! Это серьезно, – печально заметил Клиффорд.
Эллиот посмотрел на друга с негодованием, а потом рассмеялся, махнув рукой.
– Ну давай, рассказывай, кто там у нас сегодня. Клеманс, Мари, Козетта, Фифина, Колетта, Мари Вердье…
– Они все очаровательны, просто очаровательны, но я никогда не относился к ним всерьез.
– Да поможет мне Бог, – раздельно произнес Эллиот. – Каждая из названных особ по очереди терзала твое сердце и точно так же, как сегодня, заставляла меня прогуливать занятия у Жюлиана. Ты будешь это отрицать?
– В некотором смысле это верно, но только отчасти… Ведь я действительно был влюблен в каждую из этих девушек…
– Угу, пока не появлялась следующая.
– Нет, сейчас совсем другое дело. Эллиот, поверь мне, я совершенно разбит.
Выбора у Эллиота не было, поэтому он заскрежетал зубами и приготовился слушать.
– Это Рюбарре.
– Ясно, – презрительно хмыкнул Эллиот. – Значит, ты хандришь и стонешь из-за девицы, которая ясно дала тебе и всем остальным понять, что ты можешь катиться к черту. И что дальше?
– Дальше… Мне уже все равно, я утратил всю свою робость…
– Угу, врожденную робость…
– Я в отчаянии, Эллиот. Неужели я полюбил? Никогда, никогда я не чувствовал себя таким несчастным. Я спать не могу и, честно говоря, не в состоянии нормально есть.
– Те же симптомы, что в случае с Колеттой.
– Ну послушай!"
"– Нет, это ты послушай. Все остальное я знаю наперед. Можно, я задам тебе один вопрос: «Ты думаешь, Рюбарре – честная девушка?»
– Да, – ответил Клиффорд, краснея.
– То есть ты любишь ее, а не волочишься за очередной юбкой, как всегда. Ты действительно любишь ее?
– Да, – уверенно ответил тот. – Я бы…
– Ты бы женился на ней, да?
Клиффорд побагровел.
– Да, – пробормотал он.
