Над твоей головой стальные небеса чужого мира, за спиной — смертельная погоня. Рядом оказывается тот, кого ты ненавидела больше всего, но теперь он твой единственный защитник. Война охватывает миры, а боги готовят свой ход. Выживание или гибель — вот цена каждого выбора в этой битве.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Королевская кровь. Книга 9»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Над твоей головой стальные небеса чужого мира, за спиной — смертельная погоня. Рядом оказывается тот, кого ты ненавидела больше всего, но теперь он твой единственный защитник. Война охватывает миры, а боги готовят свой ход. Выживание или гибель — вот цена каждого выбора в этой битве.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ирина Владимировна Котова Самиздат подборки серии
Над твоей головой стальные небеса чужого мира, за спиной — смертельная погоня. Рядом оказывается тот, кого ты ненавидела больше всего, но теперь он твой единственный защитник. Война охватывает миры, а боги готовят свой ход. Выживание или гибель — вот цена каждого выбора в этой битве.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Королевская кровь. Книга 9» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
ГЛАВА 13
Алина
Алина Рудлог пыталась мыслить спокойно — но в душе и голове творился такой хаос, что она могла только сидеть, глядя на озеро, обхватив себя за колени и раскачиваясь, либо, вскочив, метаться туда-сюда по берегу, прокручивая в голове слова первопредка, жмурясь от стыда и неловкости и не понимая, как сейчас ей возвращаться и что говорить лорду Тротту.
Если бы можно было сделать так, чтобы этого разговора не было и никаких решений принимать не приходилось.
Ну как, как? Как она сможет лечь с профессором рядом? Не в смысле рядом… они уже спали вместе, но не так же. Да она умрет от ужаса и смущения, как только он к ней прикоснется как мужчина к женщине. Нет, она прямо сейчас умрет просто оттого, что думает об этом.
— Мамочки, — простонала Алина, присаживаясь на корточки и закрывая горячее лицо руками. — Да что же мне делать? Соберись, соберись, соберись… хватит уже бегать, начни думать.
Думать не получалось. Совсем не получалось, а от выбора, перед которым ее поставили — либо смерть Тротта, либо брак и близость с ним, — было противно и кисло. Алинка сделала несколько шагов, склонилась над озером — смыть вкус страха и горечи изо рта.
— Это ведь несправедливо, — укоризненно прошептала она своему расплывчатому отражению. По лицу снова потекли слезы, срываясь в воду, и принцесса, зло всхлипывая, начала ожесточенно умываться.
Не то чтобы она боялась лорда Макса… он ей очень нравился. Постоянно хотелось быть рядом — смотреть на него, касаться и шутить, ловить его редкие улыбки, внимательные взгляды. Это было волнующе, любопытно и безопасно. Но принцесса совсем не готова была к физической близости. То, что происходит между мужчиной и женщиной, было интересно со стороны, но применительно к ней и лорду Тротту казалось пугающим, странным и неловким. Читать любовные сцены или представлять, как профессор может целоваться, это одно…
— Хотя тоже — нелепо, — выругалась пятая Рудлог, присаживаясь спиной к папоротнику и запрокидывая голову, чтобы посмотреть, как шевелятся от ветра сочные зеленые листья. Это успокаивало. Но не сильно.
И ведь лорд Макс тоже не в восторге. Побелел весь, губы сжал. У него всегда такое лицо, когда он скрывает чувства или чем-то разозлен. И, наверное, он очень разочарован из-за ее поведения сейчас. Ведь от нее зависит его жизнь.
Именно поэтому ей нужно сейчас пойти и сказать, что она готова. Потому что ни слезы, ни нервы ничего не исправят. Это просто способ справиться с шоком.
Точно. Нужно встать и идти. Нельзя тратить время.
Но Алина осталась на месте. Стоило пошевелиться, как снова накатило смущение, щедро приправленное страхом."
"— Да мне вообще нельзя замуж. Я еще ребенок, — жалобно крикнула она папоротниковым деревьям и тут же осеклась, тяжело дыша.
