Дженни презрительно фыркнула, но Ройс продолжал с непоколебимой мужской логикой:
– Будь вы женщиной ума посредственного, вас интересовали бы только вещи, которые обыкновенно заботят женщин, скажем, моды, или суета по хозяйству, или присмотр за детьми. Вы не мучили бы себя такими вопросами, как верность, патриотизм и тому подобное.
Дженни рассерженно и недоверчиво уставилась на него.
– Смирилась бы со своим положением? – переспросила она. – Но я вовсе не в положении, как вы любезно выразились, милорд. Я живу во грехе с мужчиной против воли своей семьи, против воли моей страны, против воли Господа Всемогущего. Кроме того, – продолжала она, приходя в бешенство, – хорошо вам советовать мне интересоваться только женскими заботами, но это вы лишили меня права думать о таких вещах. Это ваша жена будет суетиться по хозяйству и обязательно превратит мою жизнь в сущий ад, если сможет, и…
– Дженнифер, – перебил Ройс, пряча улыбку, – как вам хорошо известно, у меня нет жены. – Он понимал, что она, говоря это, во многом права, да вот только выглядит чертовски прелестно, с прозрачно-сияющими сапфировыми очами и сулящими поцелуи устами, и ему трудно сосредоточиться на чем-либо, кроме, честно признаться, единственного желания – схватить ее на руки и приласкать, как разозлившегося котенка.
– У вас нет жены в данный момент, – едко возразила Дженни, – но вы скоро выберете кого-нибудь… англичанку, конечно! – уколола она. – Англичанку с холодной водичкой вместо крови, и с волосами мышиного цвета, и с остреньким носиком, у которого вечно красненький кончик и которому вечно грозит насморк…
С трясущимися от безмолвного отчаянного хохота плечами Ройс замахал руками, насмешливо моля о пощаде.
– С волосами мышиного цвета? – повторил он. – Это лучшее, на что я могу надеяться? До сих пор я мечтал о жене-блондинке с большими зелеными глазами и…
– И с большими розовыми губами, и с большими… – Дженни так разъярилась, что и на самом деле уже поднесла было палец к груди, прежде чем сообразила, что собирается ляпнуть.
– Я слушаю, – поддразнивая, подтолкнул Ройс. – С большими…
– Ушами! – в бешенстве бросила она. – Но как бы она ни выглядела, обязательно превратит мою жизнь в сущий ад!
Не в силах более сдерживаться ни секунды, Ройс повалился и ткнулся носом ей в шею.
– Я заключил с вами сделку, – шепнул он, целуя ее в ушко. – Мы подберем жену, которая нам обоим придется по вкусу.
И, высказав это невероятное утверждение, вдруг сообразил, что не сможет жениться и держать при себе Дженни. Несмотря на все свои шуточки, он вовсе не был столь бессердечным, чтобы жениться на Мэри Хеммел или еще на ком-нибудь, а потом заставлять Дженни выносить унижения, пребывая его любовницей.