Ежели это правда, – продолжал он размеренным и философским тоном, – Он, несомненно, сочтет вас невиновной в случившемся. В конце концов вы всего лишь согласились на предложенную мной сделку, опасаясь за жизнь сестры. Тут не ваша вина, а моя. И то, что произошло между нами в постели, тоже свершилось против вашей воли. Ведь так?"
"Задав вопрос, Ройс сразу же пожалел об этом, и пожалел с такой силой, что даже смутился. И мгновенно понял: его раздирают противоречивые желания получить от нее заверение в том, что она действительно не опорочена в глазах Бога, и не услышать опровержения того, что она испытывала в постели одинаковые с ним чувства и желала его почти так же сильно, как желал ее он. Но, словно внезапно почувствовав необходимость в подтверждении ее искренности и своих инстинктивных догадок, настаивал:
– Ведь так? Бог посчитает вас невиновной в случившемся, потому что вы покорились мне против своей воли?
– Нет! – вырвалось у нее со стыдом и отчаянием и тысячей прочих переживаний, которые Ройс не смог бы назвать.
– Нет? – переспросил он с головокружительным облегчением. – В чем же я не прав? – тихо, но требовательно допрашивал он. – Скажите мне, в чем я не прав?
Не требовательный тон заставлял ее отвечать, нет, напротив – внезапные воспоминания о том, как он занимался с ней любовью, воспоминания о небывалой нежности, о сдержанности, о мучительных сожалениях за причиненную боль, о нашептанных словах восторга, о тяжелом дыхании в попытках смирить страсть. И еще воспоминания о собственном неудержимом желании слиться с ним и одарить теми же неслыханными наслаждениями, которые он ей приносил. Она открыла было рот, чтобы уничтожить его точно так же, как он развеял ее надежды на счастье, но совесть не позволила вылететь уничтожающим словам. Она гордилась, а не стыдилась того, что произошло между ними, не могла заставить себя солгать и вместо того вымолвила сдавленным шепотом:
– Я не по своей воле оказалась в вашей постели. – И, отводя померкший взгляд от его дымчато-серых глаз, добавила: – Но по своей воле ее бы не покинула.
Дженни глядела в сторону и не заметила новой, совсем незнакомой нежности в медленно расплывавшейся на его губах улыбке, но ощутила ее в объятии крепких рук, в ладони, прижавшей ее к крепкому телу, в страстном поцелуе, который лишил ее возможности говорить, а потом и дышать.
Глава 12
– У нас визитеры, – объявил Годфри, входя в зал и хмуро оглядывая рыцарей, рассевшихся за трапезой. Двенадцать пар рук замерли, на лицах появилось тревожное выражение. – Большая компания с королевским штандартом скачет сюда. Очень большая компания, – уточнил Годфри, – слишком большая для обычных курьеров. Лайонел видел их с дороги и сообщил, что узнал Греверли.