В Москве в июне 2023 года, Валерий Невзоров, опытный адвокат, привычно стучит по столу старого черепахового письменника. Казалось бы обычное помещение, но каждый предмет здесь напоминает о том времени. Этот стол насквозь пропитан атмосферой последних лет — сводит зубы и заставляет сердце биться чаще. Невзоров ждет визита, который он знает, что будет непростым....
— Я не помешала?
— Нет.
— Просто хотела сказать, что мне только что звонила Софья. Директор студии согласился на… все. Но при одном условии.
— Он хочет сделать шоу с твоим участием, — меланхолично сказал Тимофей, сверля взглядом имя на картонке.
— Откуда вы знаете? — ахнула Полина.
— Предсказуемо. Я не стал говорить сразу, что все упрется именно в это. Ты согласишься.
Тимофей отметил, что забыл поставить вопросительный знак в конце предложения. В этом плане родной язык его не устраивал категорически. Разница между вопросом и утверждением часто ограничивалась одной лишь интонацией.
— Не знаю, — прошелестел голос Полины. — Я не смогу. Я… не готова.
Всхлипывания.
Твердо сжав пальцами маркер, Тимофей написал:
«Наталья».
— Почему ты звонишь мне? Разве защищать твои чувства — не забота Софьи?"
"Закрыв глаза, Тимофей покачал головой. Да уж, это вовсе прозвучало, как пощечина. Господи, откуда все это взялось?
А может, и к лучшему? Если он вдруг научился понимать, как звучат его слова для других, то, значит, сможет со временем скорректировать само звучание.
— Я хочу сказать… — Он вздохнул. — Я хочу сказать, что не умею утешать и убеждать. Или ты хочешь услышать логические доводы «за» — почему тебе нужно присутствовать на шоу? Ничего другого у меня нет.
— Хочу, — всхлипнула в ответ Полина.
— Хорошо. Первое: ты получишь деньги, которые решат большую часть возникших у тебя материальных проблем. Второе: ты поспособствуешь морально-нравственному оздоровлению инфосферы.
— Разве? Мне кажется, это больше похоже на какую-то пошлость.
— Это зависит только от твоего отношения к предмету. С моей точки зрения, кладбища и надгробия — не меньшая пошлость. Значимость смерти систематически переоценивается. Проблеме чисто логистического характера присваивается сакральное, религиозное значение. Но большинство расходится со мной во мнениях. Большинство считает, что собраться и говорить о покойном хорошие вещи — нормально и полезно, это называется «почтить память».
Спустя едва ли не минуту молчания Полина сказала:
— Вы странный. Я как будто разделилась на две части. Одна часть хочет вам врезать, а другая… Другой почему-то становится спокойнее.
— Разум и эмоции. Так и должно быть у людей, — пробормотал Тимофей.
