Сэр Ганнибал Тревик — знаменитый историк из Санкт-Эвалдса, до того богат и могуществен, что владел поместьем и особняком. Однако приходящий в упадок семейство вынужден было продать имение, а он теперь живет скромно, но с достоинством в просторном доме на окраине Корнуолла. Но его проникновенные рассказы о королевской семье необычайной важности привлекают к нему внимание, открывая новую страницу в его жизни....
Господи… — она снова положила руки на колени и, тяжело дыша, начала раскачиваться из стороны в сторону. — Подумать только, чтобы такие деньги оказались в руках Моргана! У него же ума как у младенца! Господин Форд, просто бросьте конверт в огонь, дайте мне доход в две тысячи фунтов в год и оставьте меня в покое. Я ничего никому не скажу.
— Нет, нет, нет, миссис Крент! — запротестовал молодой человек. — Я не пойду на такое. Это же преступление.
— Если вы этого не сделаете, нам грозят преступления похуже, — с горечью в голосе ответила гостья.
Повисло неловкое молчание. Оно длились в течение нескольких минут, в то время как Мария сидела, постанывая и раскачиваясь из стороны в сторону. Очевидно, она до смерти боялась Полуина, так же известного как Крент, и готова была сделать все что угодно, лишь бы избавиться от него.
Однако тайна убийства все еще не была разгадана, а уничтожение второго завещания никак не помогло бы им приблизиться к истине.
Освальду было нужно время, чтобы все обдумать.
— Идите домой, — тихо сказал он экономке. — Идите и никому ни о чем не рассказывайте.
— А если Полуин спросит про завещание?
— Если он сам спрятал его, то не станет о нем спрашивать, — быстро ответил адвокат. — Он затаится и подождет, пока мы не проверим его подлинность. Впрочем, я, конечно, могу и заблуждаться относительно его причастности…
На это Мария только покачала головой.
— Это в его духе, — всхлипнула она.
— Нет, нет! — вмешалась в разговор Дерика. — Это его только насторожит. Все мы должны молчать, пока не определим точно, что нам делать. Вы, миссис Крент, должны вернуться домой и сделать вид, словно ничего не произошло.
— Как скажете, мисс. Буду молчать как рыба.
