В зеркале реальности открывается мир Корпорации — жестокой и теневым институтом, где закон не имеет значения. Интересующий район всегда охраняется двукратно усиленной охраной, а лиц, препятствующих идентификации особей, рассматривается как преступники. Кто знает, что скрывают под своей маской?...
— Фигурка прямо как с картинки, только вот волосы какие-то жиденькие и короткие, кожа землистая, ресниц почти совсем нет… Что-то как-то не блеск, всё-таки.
— А вы не слишком строги к бедной девочке? — В голосе Серебрякова звучало любопытство. — Я только сейчас понял, что на тему женщин мы с Вами никогда не разговаривали. Тринадцатый, а вы, оказывается, привереда!
— Слово какое-то идиотское. — Майор почесал пальцем серое пятно, расплывшееся на грудной мышце. Пятно сверкнуло бусинками глаз и довольно пискнуло. — Никогда не любил этот термин.
— А какой вы предпочитаете? — Ехидно осведомился учёный.
— Никакой. Просто у каждого свой вкус. И навязывать кому-то свои представления о красоте означает бездарно тратить время.
— Но как же быть с красотой внутренней? — Оживился Серебряков-младший. — Что, по-вашему, важнее?
— Не повторяй эту распространённую ошибку, Андрей. — Тринадцатый покачал головой. — Её всегда допускали люди недалёкие, не умевшие отличить настоящую красоту от обычной привлекательности.
"— Интересная позиция, — задумчиво произнёс учёный. — Признаться, не ожидал даже услышать такое…
— От всего лишь офицера спецназа? — Усмехнулся майор. — Военным не положено разбираться в красоте? Поговорим лучше об оружии?
— Нет, что вы, я совсем не это хотел сказать… — Заторопился Серебряков-младший извиняющимся тоном.
— Ладно, продолжим как-нибудь в другой раз. — Тринадцатый встал. — Что там у нас с едой?
Майор подумал, что работающий со скоростью мощного компьютера человеческий мозг вряд ли нуждается в таких паузах.
— Всё готово. — Откликнулся учёный.
