В комнате за позолоченной дверью устремился голодный взгляд: компьютерщик с безразличным лицом обрабатывает мониторы, а перед его курчавым головой тяготится женская фамилия — Граневская. О чем я спрашиваю? Как найти Катерину! А он игнорирует, только жалобно скулит в клавиши. Таковы уж нервы попаданца....
Сначала ничего не помнил, слышь. А потом как будто память к нему стала понемногу возвращаться. Недобро на меня Рудик стал смотреть. Только у меня срок вышел. Выпустили, слышь, досрочно за хорошее поведение.
— Прелюбопытная история, — оценил я.
— Еще не вся история, — напомнил старый вор, — Потом еще и я один раз с Рудиком повстречался. Похоже, к тому моменту память ему поностью вернулась. Пришёл он со мной разборки устраивать. Мне повезло. У меня волына была при себе. Я ему тройку пиковую в башку всадил. На старом кладбище прикопали у заборчика.
— Сколько на этот раз времени прошло, прежде, чем он поднялся? — спросил я.
— На третью ночь вылез, — ответил вор, — Все дырки в башке к тому времени у него заросли.
— И пока он там мертвый лежал, к вам тоже призрак приходил?
— Приходил, — признался вор, — И тоже душил… И тоже отстал, когда Рудик из могилы вылез.
— Теперь начинаю понимать, почему осиновый кол и почему три ночи. За это время он даже мозги себе отрегенерировал, — подытожил я, — А просто отпилить ему голову вы не решаетесь из-за того призрака.
— Верно понимаешь.
— Мы выйдем ненадолго, посоветуемся с Катей.
— Никуда вы не выйдете, слышь, — пригрозил Жора, — Здесь советуйтесь. Сбежать решили, слышь. Не выйдет.
— Жора, остынь, — осадил его старый вор, — Я серьезным людям слово давал. Пусть идут советуются.
Мы беспрепятственно вышли из ресторана и сели в машину.
— Макс, если честно у меня только одно желание, уехать отсюда и больше не возвращаться.
— Я думаю, в Рудике сидит обычный попаданец. Такой как мы с тобой. Старый вор сказал же, что тот пытался завязать с уголовным миром. Только попробуй завяжи, когда ты с ног до головы в тюремных партаках. Кто такого на работу возьмет?
— Ты думаешь?
— Во всяком случае то, что описал вор, очень похоже на подселение попаданца в чужое тело. И то, что он поначалу ничего не помнил. И что память прежнего тела постепенно восстановилась.
— Может и так, — Катя нахмурилась, видимо мои доводы не показались ей достаточно убедительными.
— Нашего брата попаданца частенько выставляют этаким чудовищем в человеческом обличьи. Только я не слышал от них рассказа, как Рудик кого-то убил. А вот они его уже дважды грохнули, и теперь вешают нам лапшу, что это была такая своеобразная самозащита.
— То есть ты предлагаешь принять заказ?
— Ага. Даже если он очнется, то опять потеряет память.
