В комнате за позолоченной дверью устремился голодный взгляд: компьютерщик с безразличным лицом обрабатывает мониторы, а перед его курчавым головой тяготится женская фамилия — Граневская. О чем я спрашиваю? Как найти Катерину! А он игнорирует, только жалобно скулит в клавиши. Таковы уж нервы попаданца....
Было видно, что воры измучены бессоницей.
— Инструменты удалось найти? — спросил я.
Жорик достал из внутреннего кармана и передал мне какую-то коробку.
— Это мои личные, слышь, сегодня с Рудиком будете про живопись разговаривать?
— Можно и так сказать.
— Удачи тебе, парень, — пожелал старый авторитет.
Мы уже собирались заходить в церковь, но тут к кованым церковным воротам подъехали два микроавтобуса.
— Это еще кто? — спросил Жорик
— Цепные псы инквизиции во главе Натужниковым, — ответил я, — Постарайтесь не делать резких движений.
— Ваше время вышло, — пророкотал Натужников.
— Пал Палыч, побойтесь бога, — я указал на храм, — Мы с Катей должны исполнить взятые на себя по договору обязательства.
Слово «обязательства» как ни странно оказало на Натужникова правильное воздействие, он засомневался.
— Но я должен привести в исполнение постановление инквизиции, — все же настоял он.
— У нас еще есть время до рассвета, — напомнил я.
К Натужникову приблизился неизвестно откуда вышедший Сергей с Лехой и Колей.
— Максим прав, — сказал он, — Время до утра еще есть. Иначе я напишу жалобу в конклав. Вы превышаете полномочия.
Сергей с парнями встали между нами и инквизиторами.
— А мы, слышь, в синод жалобу напишем, — подключился Жорик.
Воры тоже встали рядом с Сергеем, Лехой и Колей, загораживая нас с Катей.
— А вы кто такие? — недовольно спросил Натужников.
— А мы как раз клиенты, — ответил старый авторитет, — Заказали три ночи всенощного бдения у безвременно почившего друга.
Некоторое время псы инквизиции во главе с Пал Палычем с одной стороны и безопасники с ворами с другой стояли в напряженных позах, глядя другу на друга.
— Хорошо, — скрипнув зубами, согласился Натужников, видимо признав, что устроив стычку стенка на стенку в центре городе перед церковью, он похвалы от руководства не добьётся, — У вас время до рассвета. А потом поговорим обстоятельно… со всеми присутствующими, — последние слова прозвучали как угроза.
Нас снова заперли в церкви, и мы этому даже обрадовались. Правда радость была недолгой. Как только наступила полночь, пугающая сущность возобновила атаки на защиту церкви.
Я оголил грудь Рудика и достал инструменты, попутно одним глазом глядя в обучающий ролик из интернета.
— Прости, Рудик, — сказал я виновато, — Но по крайней мере обещаю, что больно не будет.
