В комнате за позолоченной дверью устремился голодный взгляд: компьютерщик с безразличным лицом обрабатывает мониторы, а перед его курчавым головой тяготится женская фамилия — Граневская. О чем я спрашиваю? Как найти Катерину! А он игнорирует, только жалобно скулит в клавиши. Таковы уж нервы попаданца....
— Ну вот же, — Катя показала фото куполов с груди Рудика, — Вот здесь купола и здесь купола.
— Точно. Даже кресты есть там и там.
Мы стали сравнивать более пристально, проверяя каждую черточку. Это было непросто, потому что на валуне от времени появилось много мелких выщербин, не имеющих отношения к рисунку.
Отбросив все сосколы, не имеющие отношения к изначально выбитому на валуне рисунку, мы были поражены, насколько он схож с наколкой на груди. Единственное существенное отличие заключалось в том, что на валуне была видна четко прорисованная зигзагообразная линия, которой у Рудика не было.
Для очистки совести мы с Катей еще перерисовали с валуна несколько других крупных рисунков на чистые обороты листов, и, не задерживаясь, отправились обратно. Когда перешли в бар лицевого мира, за столиком нас дожидался Сергей. В этот раз он пива не пил, ограничившись минералкой.
— Показывайте, — потребовал он, — Что нарисовали?
— Мы показали, что нарисовали на оборотках.
— Это все не то, — отверг он, — Это что-то вроде предупреждающих табличек на разных языках.
Мы с Катей переглянулись с усмешкой, и я выложил фото самой крупной наколки на груди.
— Точно такой рисунок на валуне, — сообщил я, — Только у Рудика нет вот этой зигзагообразной линии.
— Ты знаешь, что это за рисунок? — спросила Катя.
— Это печать замыкания пространства, — Сергей раскрыл блокнот, где шариковой ручкой был зарисован такой же рисунок, причем зигзаговая линия на нем тоже присутствовала, — Ее используют порталисты.
— Что это за зигзаг? — спросил я, — Что он означает?
Сергей пожал плечами.
— Это часть общей картины. Не уверен, что его имеет смысл рассматривать отдельно.
— А почему на Рудике этого зигзага нет? — спросила Катя.
— Понятия не имею, — Сергей пожал плечами, — Сейчас еду к его бывшей.
— Нам с тобой съездить?
— Не надо. Езжайте отсыпаться. У вас такой видок, за вампиров можно принять.
— Да, поедем, пожалуй. Нам сегодня предстоит еще одна бессонная ночь.
Когда приехали домой и поднялись на свой четвертый этаж, Катя вместе со мной остановилась возле моей двери.
— Макс, можно я у тебя побуду? Не хочу одна оставаться.
— Конечно можно.
