На фоне угрюмого моря и далеких маяков лежит затоптанный корабль — место для размышлений о судьбе, где лишь слышно шепот волн и собственный глухой вздох. Ветер приносит волны неизвестности: все или ничего? Здесь ты будешь свидетелем загадочных событий и решением сложных вопросов — так начинается таинственная история "Корсара"....
Военного шведского флота не увидели даже на рейде Таллина (Ревеля). Шведские военные моряки пока предпочитают в холодную погоду стоять в Стокгольме, готовиться к зиме.
Из Нарвы я отправил Александру Меньшикову, как губернатору города, отчет о проделанной работе — захвате двух корсаров и шведского флейта с грузом, к которому приложил в серебряных монетах десятину, причитающуюся государству, судовые документы и грузовую декларацию флейта, оба шведских корсарские патенты и рекомендацию на Вейлра дю Ганьо. Еще одно письмо было послано в Москву директору Московской навигацкой школы Якову Брюсу с отзывами на присланных ко мне на практику гардемаринов.
Награбленное вложил в развитие российской экономики — накупил поместий и лесов, которые по дешевке продавали шведские дворяне, у которых собственность не конфисковали, что не прибавило им желания становиться подданными русского царя. Как ни странно, таких было много. Поимев возможность увидеть российскую армию в деле, они перестали верить, что эти земли вернуться в собственность шведской короны. Также накупил разных мелких предприятий типа водяных и ветряных мельниц, лесопилок, мастерских по производству льняной ткани и пеньковых канатов.
"Зимой коротал вечность привычным образом — охотился и изображал из себя примерного семьянина. В первом мне активно помогал Вейлр дю Ганьо, а во втором — любовница Марта Зуяне. После Святок пришло письмо от Александра Меньшикова из Минска, где он находился с вверенной ему конницей, с приказом отправить французского капитана в Санкт-Петербург, где его проэкзаменуют и, если подтвердит, так сказать, квалификацию, возьмут на службу.
