На фоне угрюмого моря и далеких маяков лежит затоптанный корабль — место для размышлений о судьбе, где лишь слышно шепот волн и собственный глухой вздох. Ветер приносит волны неизвестности: все или ничего? Здесь ты будешь свидетелем загадочных событий и решением сложных вопросов — так начинается таинственная история "Корсара"....
Я всего лишь продам здесь призы. До Московии вести их слишком обременительно и опасно, — объяснил я и добавил, чтобы заинтересовать их материально: — А ваша страна получит налог с продаж.
— Нашей стране не нужны эти налоги, — сообщил стоявший слева чиновник. — Мы соблюдаем мирный договор, подписанный со Швецией. Ссориться из-за такой мелочи нам ни к чему.
— Не хотите ссориться — и не надо, — разрешил им. — Продам призы в другой стране, где не привыкли швыряться деньгами, а по возвращению в Московию расскажу своему королю, что вы не только не помогаете своему бывшему союзнику, но и помогаете его врагу, сообщая шведам, какие грузы везут суда под нейтральными флагами.
— Откуда у вас сведения, будто мы помогаем шведам? — задал вопрос стоявший справа чиновник.
— От капитана одного из корсарских судов, — ответил я, показав на Вейлра дю Ганьо. — Он может вам рассказать, кто из ваших таможенных чиновников и как помогает вашему врагу.
— Швеция нам не враг, мы подписали мирный договор, — упрямо повторил стоявший справа.
— Вот я и говорю, что у вас мирный договор со Швецией, поэтому вы и помогаете ей, как умеете, вредя своему бывшему союзнику. Представляю, как эта новость обрадует моего короля. Уверен, что он припомнит ее, когда вы в следующий раз обратитесь к нему за помощью, — сказал я.
Стоявший справа чиновник собирался было еще что-то вякнуть, но вмешался его напарник:
— Мы передадим ваши слова своему руководству. До получения ответа воздержитесь от продаж.
— Я подожду только до утра, чтобы вы не успели позвать шведов, — уколол я напоследок.
Они вернулись утром, когда только начало светать. У обоих в горле все еще было по селедке, но, видимо, уже разрезанной на две или даже три части. Может, мне показалось, но вроде бы тот, что стоял вчера слева, теперь был справа.
Он и изложил решение своего правительства:
— Захваченные корсарские суда можете продать здесь, а торговое — в какой-нибудь другой стране.
Как подозреваю, пока я буду продавать фиш-гукеры, датчане предупредят шведов о флейте.
Покупатели на оба бывших корсара нашлись на второй день. Рыбацкие суда голландской постройки здесь ценят. Я скинул всего процентов пятнадцать от средней цены. Оба судна купил бодрый коротконогий толстячок, который во время ходьбы напоминал подпрыгивающий мячик. Семь тысяч ригсдалеров или, как их еще называли, ригсортов — местных аналогов серебряного талера — он привез в кожаном мешке, который был кругл, как мячик.
