В глубине двора мерцала лунная темница, где скромно проживал одинокий орел. Дома вокруг были забиты окнами в черном ночи, а собака бродила по мрачному двору, погруженному во тьму фонарей. Здесь царила тихая, почти сказочная уединенность, нарушаемая лишь едва слышным звездно-лунным светом и легким шепотом ветра....
Он сидел на подоконнике и надменно смотрел на кошачьи танцы возле стола.
Рита не съела ни кусочка. И чай пить не стала. Подержала кружку в руках, потом поставила ее на стол и неожиданно для Кудесникова спросила:
— Вы можете меня спасти?
Кажется, именно с этим единственным вопросом она к нему и пришла. И задала его вполне серьезно.
— От чего спасти? — сразу же попытался отбояриться он. — От милиции? Уверяю, вам ничто не грозит. В самом худшем случае вы можете считаться свидетелем, да и то вряд ли.
Рита опустила голову и прикусила губу.
— Вы знаете этого человека? Нет? Так в чем дело? Мало ли кто решит повеситься. Если бы у властей были малейшие подозрения — вас бы забрали сразу. Вам абсолютно не о чем волноваться. Это я вам как профессиональный частный сыщик говорю. Поверьте.
— Я вам верю, — сказала Рита и посмотрела Арсению в глаза. Он почувствовала, как по его телу прошли горячие токи. — Только дело совсем не в этом. Я боюсь не того, что меня милиция в чем-то обвинит.
— Минуточку, — остановил ее Кудесников. Разговор принимал неожиданный оборот. — Следующей после кого?
— После этого, на столбе.
— Вы что, собираетесь покончить жизнь самоубийством?
— Нет.
— Тогда в чем дело?
— Дело в том, что это не самоубийца. Его повесили. И вы прекрасно это знаете.
— Так, — сказал Арсений.
Отодвинул стул, поднялся на ноги и взволнованно прошелся по комнате. Он в самом деле знал, что Рита права. Не самоубийство это. Кому и зачем потребовалось вешать мужика на столбе — другой вопрос.
— Выходит, вы его знали? — спросил он, бросив на соседку хищный взгляд.
— Понятия не имею, кто это.
— О! — воскликнул Кудесников сердито. — Тогда откуда такой страх? Будь это ваш брат-близнец, тогда другое дело. Но если это совершенно незнакомый человек…
— Понимаете, — сказала Рита, наклонившись вперед и понизив голос, — мне очень страшно.
— Ну… Чего ж не понять? Если бы я вышел утром из дому улыбнуться солнышку, а потом поднял голову и увидел на столбе мужика с языком наружу, я бы тоже испытал страх.
— Вокруг меня происходят какие-то странные события, — не слушая его, продолжала Рита. — Мне кажется, меня хотят убить.
— Здрасьте, — пробормотал Кудесников и снова сел.
— За мной кто-то наблюдает.
— Вся деревня за вами наблюдает. Вы знаете, какой репутацией пользуетесь?
— Какой? — спросила она без интереса.
