Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
— Именно за этим.
— Да?.. — Чарли был явно разочарован. — Не для того, чтобы арестовать меня?
— Нет, хотя ты заслужил хорошую головомойку за синяк, который поставил Трейси.
— Она сама напросилась!
Чарли заволновался и выпятил нижнюю губу, как обиженный ребенок.
— Ты ударил женщину? — спросил Вандерхайд с возмущением.
Чарли посмотрел на него и сразу отвернулся, словно не выдержал его взгляда. Взгляда, которого не было.
— Да, — прошептал он. — Но…
Он потянул вниз воротник джемпера-поло, и Ребус увидел две длинные, темные полосы.
— Славные царапины, — прокомментировал Ребус для Вандерхайда. — У тебя царапины, у нее фонарь под глазом. Око за око, зуб за зуб.
Вандерхайд снова ухмыльнулся, слегка наклоняясь вперед и опираясь на свою трость.
— Отлично, инспектор, — проговорил он. — Не давайте ему спуску! — Он поднес чашку к губам и подул на нее. — Чем же мы можем быть вам полезны?
— Я нашел ваше имя в эссе Чарли. В примечании он ссылается на недавний разговор с вами как со специалистом по вопросам магии.
— …в телефонной книге не так много Вандерхайдов, — закончил за него старик. — Да, вы об этом упоминали.
— Вы ответили почти на все мои вопросы касательно черной магии. Мне осталось только кое-что спросить у вашего племянника."
"— Видимо, я должен удалиться…
Вандерхайд сделал движение, чтобы встать. Ребус помахал рукой, но спохватился. Впрочем, Вандерхайд, вероятно, предвидел ответ.
— Нет, сэр, — сказал Ребус, когда Вандерхайд уже снова уселся.
Он повернулся к молодому человеку, который почти потонул в мягких подушках дивана.
— Итак, Чарли, — начал Ребус, — на сегодняшний день у меня есть основания считать тебя вором и соучастником убийства. Можешь ли ты что-нибудь сказать по этому поводу?
Ребус с удовольствием наблюдал, как смуглое лицо парня мгновенно приобрело оттенок сырого теста.
Вандерхайд слегка вздрогнул, но был скорее заинтригован, чем смущен. Чарли перевел взгляд с одного на другого, словно ища поддержки.
— Я… — начал он.
— Да? — поторопил Ребус.
— Я налью себе еще немного чая, — закончил юноша, как будто позабыл все остальные слова. Ребус терпеливо ждал. Пусть выпьет хоть весь дядюшкин чай. Он услышит от Чарли то, что ему нужно. Пусть с Чарли сойдет семь потов, Ребус услышит ответы на свои вопросы.
* * *— Неужели весь Файф такой мрачный?
— Только в самых живописных местах.
