Сверкающая ночная лестница и безжизненно бледное лицо женщины, прятавшейся у верха. Хайд, взбешенный страхом, толкает ее вниз, требуя прикрыться — словно предупреждая о близкой опасности. Внутренний трепет и нервозность окружающей атмосферы усиливается от каждого слова Хаidea, окутывая страстью и неопределенностью....
Конечно, он по-прежнему виделся с Джилл раз или два в неделю — на совещаниях в управлении или во время выездов на место преступления. Особенно теперь, когда его повысили в звании. Инспектор сыскной полиции Джон Ребус. Назначения он дожидался несколько лет и получил его в результате долгого мучительного расследования, перевернувшего всю его жизнь. Теперь к прошлому уже нет возврата.
Это было не менее очевидно, чем то, что с Райан он больше встречаться не будет. Особенно после вчерашней вечеринки и неудачной попытки заняться любовью.
«Старость не радость», — сказал он самому себе.
А еще верней то, что голод не тетка. Вон, кстати, и какая-то забегаловка возле следующего светофора. В любом случае ланч он заслужил.
* * *В баре «Сазерленд» было тихо.
— Горячего нет, — буркнул он. — Сэндвичей тоже.
— Может быть, кусок пирога? — взмолился Ребус. — Что-нибудь, чем закусить пиво.
— Если вы хотите пообедать, вокруг сколько угодно кафе. Наш бар торгует пивом и спиртными напитками. У нас не закусочная.
— И чипсов нет?
Бармен испытующе посмотрел на него.
— С какой приправой?
— С сыром и луком.
— Кончились.
— Соленые?
— Тоже все проданы.
Бармен снова повеселел, а Ребус впал в отчаяние.
— Да хоть какие-нибудь, Христа ради, есть?
— С яйцом и карри и с беконом и помидорами.
— С яйцом?.. — Ребус вздохнул. — Дайте по пакету тех и других.
Бармен принялся шарить под прилавком, выискивая самые маленькие и по возможности просроченные пакеты.
— А орешки?
Последняя слабая надежда.
Бармен поднял глаза.
— Жареные, с солью и уксусом, с чили.
— По одному пакету. — Видно, так и умирают голодной смертью. — И еще полпинты пива по восемьдесят шиллингов.
Он приканчивал вторую кружку, когда дверь распахнулась и показалась знакомая фигура. Еще не переступив порога, новый посетитель жестом потребовал выпивки. Увидев Ребуса, он широко заулыбался и взгромоздился на соседний табурет у стойки.
— Здорово, Джон.
— Привет, Тони.
