Автор
В суете крошек и плесени, где мир кажется размешанной субстанцией, житель квартиры Квиллера думает о своем нерасположении. В окне городского солнца высвечивается его халупа, где завтрак подобен пустым обещаниям.
Вместо всего этого он съёжился на голом паркете под письменным столом, глядя широко раскрытыми глазами в никуда. Судя по позе, ему было холодно. Квиллер укрыл его своей старой вельветовой спортивной курткой, устроив из неё над котом что-то вроде навеса, и не получил никакой признательности – кот и ухом не повёл.
Квиллер и сам устал от пережитых волнений: исчезновение Коко, ужасающая банзеновская авантюра и обнаружение мертвого Лайка… Но, улегшись в кровать, заснуть он не смог. Ворочался да ворочался с боку на бок – вопросы, вопросы…
Вопрос: кому понадобилось уничтожить беспечного, щедрого Дэвида Лайка? Он был равно любезен с мужчинами и женщинами, с молодыми и старыми, с клиентами и конкурентами, с прислугой на кухне и гостями в гостиной.
Вопрос: могла ли тут вмешаться зависть? У Лайка было всё: внешность, талант, успех, друзья. В тот вечер ему назначили свидание. Возможно, женщину преследовал ревнивый друг или муж.
Вопрос: почему Лайк надел это броское кольцо – и никакого костюма, за исключением халата? И почему постельное покрывало было снято и аккуратно сложено заранее ещё вечером? Квиллер нахмурился и подул себе в усы.
Вопрос: почему соседи не услышали ни шума, ни выстрела? Возможно, звук в телевизоре Лайка намеренно включили на полную мощность. И соседи относили всё, что слышали, к телепрограмме. Замечательное изобретение – телевидение.
Вопрос: где был Коко во время этого происшествия? Что он видел? Как себя повел? Почему сейчас он в таком состоянии?
Квиллер в сотый раз перевернулся с левого бока на правый. Светало, когда он наконец заснул, и снились ему телефонные звонки. Читатели звонили ему, задавая неразрешимые вопросы. Трррень ! «Какие цвета вы смешиваете, чтобы получить небесно—голубовато—розовый?» Трррень! «Где бы мне купить датское кресло, сделанное в Японии?» И главный редактор – туда же.
Когда зазвонивший наяву телефон наконец извлёк Квиллера из путаного сна, он бросил в трубку бессмысленное «хелло!».
Голос на другом конце провода сказал только «Старквезер», а потом смолк.
– Да? – крикнул Квиллер, подыскивая слова. – Как вы?
– Разве это не… разве это не ужасно? – выдавил партнер Лайка. – Я всю ночь не спал.
