В темноте квартиры нестерпимая синева скулы призывала к тихому уходу. Вой Орешникова заставлял задуматься: через окно или попросту выброситься? Отчаяние и безвыходность пронизывали пространство, будоража воображение героини.
Ну, сглупила, конечно же, но ведь можно же выслушать.
Кет была уверена, что Василий выслушает и простит.
Главное, самой сказать.
Правда, испытав на себе его ярость по поводу вполне безобидных сетевых фоток со злополучной вечеринки, она уже не могла так спокойно это утверждать. И побоялась, просто побоялась рассказать.
А потом было как-то глупо и неправильно говорить. Время ушло. Какой смысл? Тем более, что Орешников отвалил. Хоть и поглядывал по-прежнему многозначительно. И клеился опять очень нагло.
Кет шла домой, переживала, думая, что рассказать Коту все же надо.
И не находя слов.
Ну, может, увидит его, поцелует, и все само скажется?
Ее Кот не мог ей не поверить. Просто не мог. Он собирался с ней жить. Он говорил о свадьбе. Он должен ей доверять.
Она не сделала ничего плохого.
Кет все еще думала об этом, когда звонила в его дверь, несколько раз, но ей не открыли.
Дома, за уроками, мысль не отпускала, слова, что подбирались для объяснения, казались то правильными и логичными, то совершенно глупыми.
Вечером Кота тоже не оказалось в квартире, и Кет решила, что его вызвали на службу.
Так бывало пару раз. Он даже позвонить не мог. И сейчас был недоступен.
Кет вздохнула облегченно. Разговор откладывался. Это хорошо, думала он, это очень вовремя, она успеет придумать более весомые и нужные аргументы, она убедит, конечно убедит. В конце концов, она ни в чем не виновата. Только в том, что скрыла…
Кет в волнении вышла на балкон подъезда, навевающий множество приятных воспоминаний, от которых низ живота заныл знакомой возбуждающей болью.
Только с ним ей было так хорошо, так правильно, так сладко.
Кет задумалась, удивляясь, как за такой короткий промежуток времени он стал для нее так важен. Так нужен, необходим просто. Как сумел привязать к себе, заставил поверить. Заставил полюбить.
Ведь она, в самом деле, уже давно приняла решение. И оно ей казалось единственно правильным. Какая может быть карьера, если на кону ее жизнь? Ее счастье? Ее любовь? Разве здесь может быть выбор?
Зашумевший лифт заставил обернуться.
Сквозь оконное стекло Кет смотрела, как из лифта выходит ее Кот. Высокий, невероятно красивый. Очень пьяный. В обнимку с смутно знакомой блондинкой.
Вот он остановился, притянул ее к себе, поцеловал. Девушка податливо прогнулась в пояснице. Что-то сказала ему игриво. Он жамкнул ее за ягодицу, потащил к своей двери.
За ними уже давно закрылась дверь, а Кет все стояла.