Автор
В Салоне Арнсайд-Хаус царит тихий упадок. Высокие просторные комнаты в стиле эпохи изящества давно покинули модный горизонт, оставляя за собой след потертых ковров и залатанных занавесей. Вместо ярких красок и сверкающей росписи — выцветший шелк обивки, потресавшая синева стенных полотен и тускнеющие золотые рамы....
— Еще как много! Проклятое объявление в «Газетт», друзья с поздравлениями, мальчишник, свадебные подарки!
— Да, я не подумала, — согласилась Китти, — мне кажется, нам не нужно посылать объявление в «Газетт».
— Черт меня раздери, если нужно! — кипятился Фредди.
— Ты вполне объяснишь это тем, что помолвка носит пока частный характер. В конце концов, я прошу всего месяц!
Он развел руками:
— Но зачем? Нет никакого смысла в том, чтобы быть помолвленным месяц!
— Фредди, — честно сказала она, — все может случиться за месяц!
— Да, конечно.
— Никто и не узнает, что мы помолвлены, — уговаривала она. — Я имею в виду никто, кроме семьи, потому что мы не станем объявлять о помолвке.
— Слушай, Кит, — логично возразил Фредди, — если никто не должен знать, тогда в этом вообще нет никакого смысла!
Она слегка зарделась:
— Есть, потому что мы обязаны одурачить дядю Метью.
— Не представляю, как, — скептически заметил мистер Станден. — Он же не выходит из дому! Кто ему скажет?
— Джек, если узнает, — вспыхнула Китти.
— Почему, он не скажет, если мы… — Он запнулся, найдя великолепное решение. — Ну, наконец-то. Странно, что я раньше не додумался. И ты тоже хороша.
— Попросить Джека?! — воскликнула она чрезвычайно взволнованно. — Да я Джека не попрошу и письмо для меня бесплатно отправить!
— И правильно сделаешь, — заметил, как всегда практичный, Фредди. — Он не член парламента!
— Я ненавижу Джека! — в смятении заявила Китти. Фредди удивился:
— А я думал, он тебе нравится. Замечал…
— Нет, я считаю, что он гораздо хуже Джорджа. Фредди, я тебе запрещаю доверяться Джеку.
Не в силах постигнуть причин ее внезапного возбуждения, мистер Станден опять почувствовал, что вступает на зыбкую почву.
