В темном доме, где каждый камень казался следом за убийцей, я чувствовала себя под общей мраковой тенью. Головокружительная тишина сводила с ума: ни звука не доносился из-за скрытой балдахина кровати хозяина дома. Казалось, что каждый предмет и уголок комнаты выдают присутствие недавних жертв....
Я поспешила ему на помощь:
– Мистер Меллинг!
– Нет-нет, мисс Фишер, стойте где стоите! – поднял руку поэт. – Вы изумительно смотритесь среди прозрачных струй водопада! О, нимфа, окруженная нездешним светом, Белей луны, сияющей на небе… или лучше сравнить вас с «лилией»? Но как тогда срифмовать…
Не обращая внимания на его бормотание, я помогла ему выпутаться из куста.
– Леди Эмберли встревожилась из-за вашего отсутствия и послала меня на поиски, – сказал Меллинг уже нормальным голосом, без поэтических подвываний.
Я оглянулась – Лайбстер исчез. Так сказать, ушел по-фейски, не прощаясь. Куст боярышника, под которым мы с ним стояли, весь искрился, осыпанный инеем, а его листья почернели и съежились от нездешнего холода. Словно ледяная рука провела меня по спине и безжалостно стиснула сердце.
– Пойдемте скорее отсюда! – прошептала я, изо всех сил потянув Меллинга наверх, к людям.
Каким счастьем было снова услышать звонкий голосок Селии и теплый, как мед, голос Элейн! Даже «тактичные» замечания Клариссы о том, какой вред репутации дебютантки может нанести приватная беседа с таким ловеласом, каким, без сомнения, является мистер Лайбстер, не могли меня расстроить.
Остаток прогулки мы с Селией, ее сестрой и мистером Меллингом посвятили игре в шары и стрельбе по мишеням.
Глава 14
– Не знаю как, но у него почти получилось! – взволнованно говорила я три часа спустя.
Мы с Недом сидели в кабинете Амброзиуса, который превратился во временный штаб. Уолтер только что отругал меня в хвост и в гриву за то, что я отправилась в Текучие сады без прикрытия.
На выговор Неда я не сердилась. Понимала, что таким образом он выражал свое беспокойство. Я и сама здорово струсила.
