В мире российского футбола съедят за скандал и громкие признание обманутого игрока: два проигранных матча, причинившие миллионы убытков букмекерам. В Краденое счастье 2. Заключительная — Альварес на грани выбора между правом возвращения на футбольный ковер и ответственностью за свои действия, а также правом на новый шанс в сборной....
— Но лучше остаться без карьеры, чем сесть за убийство! И самое бл*дское во всем этом, что в обоих случаях я ваш адвокат! Вы и меня подставили!
Арманд не справлялся с наплывом информации. Не выдерживал его. Ему казалось, что его мозги расплавились и вот-вот прорвут черепную коробку.
— Мне не нужно алиби… Ясно? Я. Не. Убивал. Сантоса!
— Никто в это не поверит… Как это можно доказать? В доме повсюду ваши отпечатки. Никто кроме вас больше не входил туда. Все запомнили именно вас. Придется выбирать: или обвинение в убийстве, или футбол.
— Это не выбор. Это его отсутствие!
— Нет! Это лучшее, что с вами могло произойти! Лучшее! Учитывая ваше прошлое… учитывая все. Прокурор бы нарыл о вас такое… чего вы и сами не помните. Вас бы выставили монстром!
Твою ж маааать! От отчаяния ему захотелось удариться головой о стену. О Мадриде можно теперь забыть. Или все же нет… или все же есть шанс?
— Это алиби не снимет обвинение, но значительно снизит сумму залога.
— Хорошо…хорошо, черт возьми! Карамба!
— Я жду. Пусть за вас внесут сумму залога.
— Дайте мне телефон. Я наберу своего человека.
Васко протянул Арманду свой смартфон, и тот набрал номер Гонсалеса.
— Мне нужно срочно перевести деньги. Записывай сумму и немедленно сделай перевод."
"— Хорошо, сеньор. Я сделаю… точнее, попробую сделать, но…
— Что — но?
— Но… час назад я хотел совершить оплату по сделкам и… ваши счета арестованы.
Его голос дрожал от волнения, и это волнение передалось Арманду. Сука. Еще один удар под дых.
— Как это арестованы?
— Налоговая наложила арест…
Бл*дь! Да что такое? Это апокалипсис, что ли? Его личный?
— Сними с того… другого счета. Ты знаешь.
— Хорошо, сеньор, как скажете. Все будет сделано.
Мануэль невозмутимо потягивал свой остывший кофе.
— Это чьих-то рук дело, — тихо и задумчиво сказал Арманд, — вот это все кто-то делает.
— Что именно?
— Вот это вот все! Арест, налоги, убийство… Какая-то сволочь объявила мне войну.
— Вам виднее, на что способны ваши враги. Но думаю… так и есть.
Из всего этого сумасшествия только одно грело изнутри — она сама решила предоставить ему алиби. Сама. Маленькая, бескорыстная Нини, которая всегда приходит на помощь, которую обожает Мати и по которой сходит с ума он сам.
