Валентина Степановна выглядела уставшей и раздраженной после долгого дня в огороде. Лизавета продолжала увещевать ее на мягкой нотке, пока Валентина не решилась сесть в машину соседки. Ночной город был наполнен будней: тусклые фонари, мерный шепот пешеходов и едва слышимый гул автобуса. Внутри машины запах свежего льда и табачного дыма усиливали ощущение отдаленности от реального мира.
Каждое новое лицо, с любопытством осматривающее нашу стройку, тут же призывали остановиться и рассказать откуда едет, куда и какие новости в «тех» краях.
Одна из карет притормозила перед главным домом, кучер вошел в кухню, спросил, нет ли горячего для путников, и, получив от Галины положительный ответ, вернулся обратно. Приоткрыл дверцу, из которой на улицу вынесло облако теплого пара, что-то спросил, но потом сел на козлы, и сани тронулись. Я наблюдала за всем сквозь распахнутые ставни. Это первое окно, за которое я взялась. Ткань уже подсохла, нужно было вставить рамку и промазать моментально застывающим на окне жиром щели.
— Что ты ему ответила? – спросила я Галину, которая тоже не поняла происходящего.
— Сказала, что мясо уже печется, есть каша и отвар, он мотнул головой, мол устроит, - пересказала их разговор Галина.
— Странный какой-то пассажир, - пробубнила я, но она услышала мои слова.
— Кто, госпожа?
— Человек, который едет в карете. Это пассажир.
— Вы его знаете?
— Нет.
— Тогда откуда знаете его имя? – продолжала допытывать Галина.
— Это не имя, так называют всех путников, если они в карете, - пояснила я.
— Ой. Ни разу не слышала.
— Да и не надо тебе, - отвязалась я наконец от помощницы и, быстро одевшись, вышла на улицу. На другой стороне площади стоял Истан и смотрел вслед удаляющемуся «пассажиру».
— Ты знаешь, кто это? – спросила я, приблизившись к брату.
— Да, Алисия, хоть они и не вышли… это карета Вельмунтов. Старая, правда, но мне ли ее не знать! – сквозь зубы процедил Истан. В глазах его скакали огоньки. Игра началась!
— Дорогу еще не чистили, Истан. Они не выведали всего. Узнали – кормят ли здесь.
— Видимо, им уже сообщили, что здесь работа кипит. Вот и приехали убедиться сами.
— Сколько до них, Истан?
— До их постоялого двора полдня, не больше, а до дома двое суток, как минимум.
— Значит, мы ближе к своему дому?
— Нет, Алисия, они живут в поместье, а мы в замке. Замок тоже на границе. От нашего постоялого двора до поместья еще дольше.
— Значит, они не поленились ехать двое суток… - задумчиво сказала я. Не послали своего человека или кого из крестьян, чтоб разведать. Поехали сами. Они запереживали, дорогой брат. И это значит, что мы все делаем правильно. Одно только ты должен предусмотреть. Насколько возможно, что они начнут пакостить?
— Пакостить? – переспросил Истан удивленно.
— Мы теперь конкуренты. Их дорога может, и правда, перестать приносить прибыль, а двор нужно обслуживать.
