Валентина Степановна выглядела уставшей и раздраженной после долгого дня в огороде. Лизавета продолжала увещевать ее на мягкой нотке, пока Валентина не решилась сесть в машину соседки. Ночной город был наполнен будней: тусклые фонари, мерный шепот пешеходов и едва слышимый гул автобуса. Внутри машины запах свежего льда и табачного дыма усиливали ощущение отдаленности от реального мира....
Я между делом думала над тем, как мы будем заливать воду из реки в емкость для полива. Ведрами не намашешься, и времени это будет забирать достаточно. И тут я вспомнила про водяную мельницу! Ведь она кидает воду. А мы можем сделать что-то вроде квадратных ведер, прицепленных к кругу. Они будут заполняться в реке, и поднявшись вверх, выливаться в нашу емкость.
Весь вечер до поздней ночи, пока совсем невозможно стало различать небо и землю, мы носились с рассадой, потом с поливом и утрамбовыванием ямок.
Грегори метался между речкой и полем, помогая наполнить бочки, а пока телега проходила ряды, он носил воду сам.
Истан лежал под деревьями возле реки, обмахиваясь веточкой от комаров.
Утром нужно было повторить полив, а в идеале и вечером.
— Алисия, по-моему, у нас все готово, - запоздав к завтраку, сказал Варис, подъезжая на своей коляске сзади.
— Что готово? – сразу не сообразив, о чем это он, переспросила я.
— Поливалка наша готова. Сегодня, как только рассвело, мы опробовали ее на поле с Бирком.
— Как всегда, не спали всю ночь?
— Я видел, как вам тяжело поливать вручную, Алисия. Мне жаль людей, а особенно тебя, - засмущавшись, словно говорит о чем-то постыдном, сказал Варис.
— Она очень умело вами пользуется. Сначала у нас забрали слугу, потом заставили работать ночами, лишив сна, - не смог промолчать на это Истан.
— Мы сами это делаем. Она нас не заставляет, - вступился за меня Грегори и скосил глаза на Истана.
— Ну, это вы просто так думаете… - начал было Истан, но я перебила его, стукнув кулаком по столу:
— Что ты будешь есть осенью и зимой я не знаю, дорогой брат, но нам ты не помешаешь.
— Мясо, Алисия. Я буду есть мясо, а не эту вашу капусту – еду бедняков, - прошипел он как змея, наклонив голову.
— Да, а к весне у тебя выпадут зубы, заболят суставы и желудок. И ни один лекарь не сможет тебе помочь. Я прощаю тебя лишь потому, что ты глуп и неотёсан. Как те доски, до того, как Варис сделал из них такую сложную вещь."
"— Ты специально отправила меня в лес, чтобы мы с бароном не встретились! – вдруг начал совсем о другом Истан.
