Остросюжетный роман, посвященный драматическим событиям русской революции и гражданской войны. Автор исследует сложные, многогранные вопросы этого переломного периода истории, раскрывая противоречия эпохи через судьбы героев, втянутых в водоворот исторических перемен и идеологического...
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Крамола. Книга 2» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Остросюжетный роман, посвященный драматическим событиям русской революции и гражданской войны. Автор исследует сложные, многогранные вопросы этого переломного периода истории, раскрывая противоречия эпохи через судьбы героев, втянутых в водоворот исторических перемен и идеологического...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Остросюжетный роман, посвященный драматическим событиям русской революции и гражданской войны. Автор исследует сложные, многогранные вопросы этого переломного периода истории, раскрывая противоречия эпохи через судьбы героев, втянутых в водоворот исторических перемен и идеологического...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Далее мы не ездим. Тут у них караулы стоят. Пальнут из лесу, и деньгам не рад будешь. Ноне жизнь человеческая — копейка. За коня, за тяжелое колесо убивают… Да и хода нету далее. Погляди вон, экий завал-от на дороге! Ни пешему, ни конному.
За дорожным изгибом виднелась темная стена нагроможденного леса, чем-то напоминающая речной залом. Человек окончательно растерялся, неуклюже сошел на землю. Возница того и ждал: понужнул коня, и, отъехав на десяток сажен, остановился, сбил кнутовищем картуз на затылок.
— Если жутко одному идти — садись, назад увезу.
Человек промолчал, тоскливо поглядывая то в одну сторону, то в другую. Было ему лет тридцать, но воспаленные от бессонницы глаза, обветренная кожа на лице и неухоженная, разросшаяся по щекам бородка старили его, придавая вид усталого, измученного болезнью человека. Одет он был по-барски, в тройку и легкое пальто из дорогого сукна, но и тут все портила несвежая, с серым воротом, сорочка.
— Что же вы сразу не сказали? — укоризненно спросил он. — Мы же договаривались до села!
— Ты уж уволь меня, гражданин, — виновато сказал возница. — Ты-то один, а у меня ребятишек полна изба, и все на моей шее. Подумать, дак ноне одному сподручнее жить. Убьют, и сиротства не прирастет."
"— Нет-нет, вы не поняли! — заторопился человек. — Я родственников ищу. И могилу отца. Мне сказали, будто он в Березине схоронен. Мы бы с вами сходили, и если нет никого — сразу назад.
— А куда ж я коня с бричкой дену? — обескуражился возница.
— Оставим… привяжем здесь…
— Ну и сказанул! — засмеялся тот. — Пока мы ходим туда-сюда, от коня моего след простынет. Вы, часом, не больной ли?
— Нет, я здоров… Я сам доктор… В таком случае, подождите меня здесь! — нашелся доктор. — Если я найду кого-нибудь — обязательно дам вам знать. И заплачу!
Возница слез на землю и стал распрягать коня. Доктор подскочил к вознице, приобнял за широкие, покатые плечи:
— Благодарю вас, дорогой вы мой… голубчик! Я скоро! Бегом побегу!
Похоже, засеку на дороге делали зимой: хвоя еще не успела пожелтеть, хотя пни и сколы уже посерели, вымокнув в талом снегу. Нагромождение елей и сосен поднималось вверх на высоту сажени, а влево и вправо от дороги просматривалась широкая просека и неровный, изломанный завал леса, уходящий в глубь тайги.
Что-то пугающее и безумное было в этом зрелище. Веяло древностью, глубокой стариной времен татаро-монгольского нашествия, когда на пути конниц ставили лесные засеки. Теперь же неестественный этот рубеж, казалось, сотворен здесь не для защиты, а для разделения времен, и стоит перейти его, как окажешься в другом веке или даже тысячелетии.
