Языки всех народов на Земле почти одновременно стали ломаться, стараясь сказать по-русски хотя бы два слова — Юрий Гагарин. Государства и нации обернулись к России и замерли в изумлении: как? почему? С какой это стати варварская полудикая страна ознаменовала собой начало Новой Эры? Мало того, отчеканила этот год-перевертыш на монетах, а это уже язык символов, недоступный славянам! Теософы и мыслители, советологи и русоведы пытались осознать произошедшее, вставить это явление в контекст Всемирной истории человечества, но оно нарушало всякую гармонию, не входило, не подчинялось никаким законам. Имя Первого космонавта картавили на разные лады, вслушивались в звучание, переводили на другие языки — что-то было! было в этом имени! Однако смысл и символика его была не познана, истина ускользала, и еще темнее и непонятней становилась для мира русская душа."
"Тем временем, пока мир взирал в космос, на российской земле произошло главное событие, едва ли замеченное на Западе и Востоке. Совершалось оно исподволь, незримо, без шума и оваций, и казалось, прорыв человека во Вселенную всего лишь отвлекающий маневр, чтобы спокойно, помолясь, как полагается перед великим делом, отворить двери в Новую Эру для России.
Цивилизация началась на Земле с тех пор, как у человечества возникла идея Единого Времени жизни для всех народов. Идея эта казалась новой, прогрессивной и гуманной. Она как бы уравнивала народы перед Историей существования человечества. Было даже изобретено Международное время — Время по Гринвичу. Но сей умозрительный гуманизм, рожденный благими помыслами, внес лишь сумятицу и ложное представление о Мире. Народы устремились к цивилизации, к мифическому Единому Времени и помчались вверх, прыгая через ступени подставленной к их ногам лестницы. Втравленные в этот бег, они уже не могли остановиться, а отставать было бы позором для определенного народа или нации, и следовало теперь бежать и бежать из последних сил. Запад, предложивший человечеству Идею Единого Времени и устроивший эту гонку, подстегивал, поторапливал, ничуть не сомневаясь в своих благих намерениях, и не было времени, чтобы оглянуться и понять, что это вовсе не движение вперед, а бег на месте, бессмысленный и изнурительный. Природа, стремясь к многообразию во всем, преследовала цель высшую: сделать человечество неуязвимым, жизнеспособным при любых катаклизмах на своем пути до самого Страшного Суда. И каждому народу предназначен был свой путь и своя собственная доля.