И в ужасе думала, куда делась остальная команда, а еще я думала, что шлюп-то нам не поможет. Ведь за бортом Джаны, и наш шлюп для них словно банка с консервированным мясом. Так сказать, еда на вынос. Но пока мы живы, есть шанс на спасение. А я очень люблю жизнь, хотя она меня и не сильно балует. Я влетела в шлюп и активировала двигатель. Молниеносно проверив все системы, я выскочила в проем и активировала аварийное открывание шлюза, так что теперь шлюп спокойно покинет корабль при нажатии внутренней аварийной кнопки.
Из коридора навстречу мне выскочил еще один член нашей команды — Жанович, самый лучший повар во всей галактике. Увидев приближающуюся раненную троицу, ринулся к ним на помощь, а зря, ведь он ничем не мог помочь им в таком узком коридоре, где и эти трое шли в пол-оборота. Я на всю жизнь запомню тот момент, когда я уже в нетерпении поскуливала, стоя в провале шлюпа, затем был толчок, но я смогла удержаться на ногах, а потом в ужасе, как в замедленной съемке, наблюдала за тем, как за их спинами ширится огненный вал.
Вишняков увидел это на моем лице и, успев, оглянутся смог осознать, с чем они столкнутся через секунду, а Картер с Жановичем погибли, глядя на спасительный шлюп, и Жанович в этот момент успокаивающе мне подмигивал. За эти пару секунд я не успела даже крикнуть, зато потеряла всех, кто стал так дорог. Я успела нажать закрытие двери и упала на пол шлюпа. От силы удара сотрясся весь шлюп, но я, шатаясь, все-таки добралась до панели управления и запустила аварийное открывание дверей корабля.
Рывком оттолкнувшись, он начал свое движение прочь, как вдруг раздался сильный взрыв, и наш кораблик, который уже успел стать мне другом, начал разваливаться на части. Я всегда заплетала свои длинные до пояса волосы в тугую блестящую косу, и в этот момент именно она меня спасла, потому что силой взрыва шлюп резко отбросило в сторону и, мне чуть не оторвало скальп из-за косы, зацепившейся за ручку сиденья пилота, но благодаря этому меня не размазало о противоположную стену.
Как только ситуация немного стабилизировалась, я смогла вытащить волосы из захвата кресла и, сев, пристегнулась. Вокруг побоища роились Джаны. В моем мозгу билась одна мысль: «Что делать?» О том, что все мертвы, я решила подумать потом. «Спокойствие, главное — спокойствие», — как говорил великий Карлсон. Я выключила двигатель, оставив только систему жизнеобеспечения, и решила прикинуться трупом.
