В тихом космическом путешествии в удобном кресле пилота, ты проводишь три месяца в бесконечной темноте. Освещение лишь делает дежурства более яркими и наполненными шумом корабля — звуки служебных отсеков и далеких звезд. Крап-чаг соединяет тебя с этой невероятной атмосферой, где ты становишься частью необозримого космоса....
Со временем я к этому так привыкла, что с удовольствием сама пожимала в благодарность руки или касалась других, когда требовалось простое ощущение человеческих существ, парящих в одиночестве в безмолвии космоса. Хотя его безмолвие и пустота были призрачны и обманчивы. Слава господу, я еще ни разу за шесть месяцев не попадала ни в одну из заварушек, о которых трепались за столом мои коллеги. Моя вторая тетка Женевьева, когда узнала о моем новом назначении, сначала долго хохотала, а потом также долго плакала. Она долго не могла поверить, что такая маленькая трусишка как я, решится на такой отчаянный шаг, как служба на военном корабле во время военных действий.
Через полчаса, проверив все параметры и подготовив корабль для выхода из гиперпространства, я включила систему оповещения экипажа о боевой подготовке к выходу. Следующие двадцать восемь часов будут самыми опасными. Потом кордон из объединенных сил и потом свободное безопасное движение до Фабиуса.
Как только мы прошли переход, перед нами открылась жуткая картина разгрома.
