В огромном пустом зале, где сидел величественный дракон, стена отражала его страшное присутствие. Я украдкой оглянулась на черную стену, обнаружив в ней своё отражение — зеркало или фокус-группа природы? Температура здесь должна быть безмерно высока для столь гладкой и теплой поверхности....
И не заставляй меня ждать. Не то позову стража, и он накормит тебя силой.
— Стоит ли так утруждаться? — пробормотала я, усаживаясь за стол.
— Ты не у себя дома. Никто здесь не будет с тобой нянькаться.
Прозвучало как угроза. Повинуясь властному взоры кормилицы, взяла ложку и принялась за кашу. Та была на удивление вкусной, а, может, я так проголодалась, что даже черствый хлеб мне бы сейчас показался сдобной булочкой.
Пока я ела, кормилица без остановки ворчала. Главной причиной ее недовольства была я.
— Далась ты ему, — бубнила она. — Говорила, надо сбросить тебя в жерло вулкана и дело с концом. Принесешь ты еще беду, ох принесешь, чует мое сердце. А я редко ошибаюсь.
Я делала вид, что ничего не слышу. Вступать в перепалку с прислугой — бессмысленное занятие. Если кормилица думает, что ее слова задевают меня, то ее ждет разочарование. Княжне нет дела до черни.
— Вот так, — кормилица забрала тарелку, едва я доела. — Теперь пойдем.
— Куда? — испугалась я.
— Смоем с тебя грязь, а то ты похожа не на княжну, а на поломойку.
Я вспыхнула. Напоминать девушке о ее плачевном внешнем виде бестактно. Тем более если она так выглядит не по своей вине.
Выходя вслед за кормилицей в коридор, я спросила:
— Где мои спутницы? Они в порядке?
— Мне почем знать, — пожала та плечами.
На этом разговор иссяк. Кормилица была болтлива, только когда дело касалось ругани.
Дежуривший у двери страж пристроился нам в хвост, но перед арочным входом, куда нырнула моя провожатая, отстал.
— Раздевайся, — кормилица сложила руки на груди.
— Отвернитесь! — потребовала я.
— Ох, какие мы неженки, — фыркнула она. — Мне велено не спускать с тебя глаз, и я не спущу.
Пришлось раздеваться под ее наблюдением. Приятного в этом было мало, но я уговаривала себя потерпеть. Главное сейчас помыться. Прочее переживу.
Бросив грязную одежду на пол, я по вырубленной в камне лестнице вошла в воду. Та была приятно теплой. Должно быть, ее подогревал один из вулканов. Неподалеку лежал мыльный корень и мочалка. Я тщательно вымыла тело и волосы, ощущая себя чуть ли не заново рожденной. Наконец, от меня хорошо пахнет! Я едва не урчала от удовольствия. В эту минуту я даже была благодарна Дракону. Правда ровно до того момента, пока не вспомнила, что он сделал с Нибрасом.
