Жизнь героини меняется после одного опрометчивого поступка. Она попадает в чужой мир, становится невестой загадочного существа и вынуждена переосмыслить все свои представления о красоте, любви и судьбе. История о том, как случайности переплетаются в судьбу.
Стены не движутся, коридоры не исчезают и много больших шкафов, в которых можно перекантоваться до утра. С учетом того, что я неизвестно где нахожусь и в каэру мне путь заказан, тут очень даже хорошо.
Блондинка смотрела на меня где-то с минуту, я отвечала ей таким же пристальным вниманием. Ринго громко сопел под ухом, аккомпанируя нашей зрительной дуэли. Когда незнакомка расхохоталась, его как ветром сдуло с плеча. И куда только вся храбрость подевалась? Разве что ко мне за спину.
– Ну хорошо, – отсмеявшись, сказала девушка. – Спрашивай, что интересует. Ты мне понравилась.
– Только сейчас? А помогать ты собиралась кому? Человеку, к которому не испытывала симпатии? Оч-чень интересно. С чего вдруг?
– Хотела отомстить одной небезызвестной личности. А лучшая месть – это твое возвращение домой. Ты ведь умная девушка, правда? – Она обворожительно улыбнулась бледными губами и, накрутив на палец золотистый локон, продолжила: – Ты ведь поняла, что никто тебя отпускать не намерен? Без моей помощи тебе не сбежать.
Гм… а я куда-то собиралась сбегать? Что-то не припомню. Ну да ладно. Пора уже и познакомиться.
– Как тебя зовут, благодетельница? – не без ехидства спросила я.
В отличие от Ринго у меня незнакомка страха не вызывала, скорее, тревогу и легкую заинтересованность. Хотя вру, заинтересованность была сильная, просто я ее старалась скрыть от внимательных светло-зеленых глаз собеседницы. Ни к чему ей об этом знать, и так она себя чувствует хозяйкой положения. Собственно, ею и является."
"– Лили. – Дружелюбная улыбка сделала ее юное лицо еще моложе. Сколько же ей лет? Не больше девятнадцати, а то и меньше. И что же у нас тут за девушка-загадка? Интригует, однако. – Лилигрим, если будет угодно.
Мои глаза удивленно расширились. Это что же? Та самая? Которая «в слезах и в губной помаде»… тьфу, в туши и розах? Что-то не похоже. Эта вся беленькая, чистенькая и свеженькая… хотя эпитет «свежезамороженная» к ее бледному образу подошел бы больше. Не отливали бы волосы девушки золотом, мне бы пришло в голову сравнение со Снежной королевой, а так… разве что со Снегурочкой местного пошиба.
– Лилигрим, значит, – прошептала я и вздрогнула, заметив, как вспыхнули изумрудами блеклые глаза собеседницы. Мне показалось, что на миг… на один короткий миг ее облик приобрел яркие краски, но тут же снова превратился в нечто белесое.
