Автор
Судьба семьи греков, депортированных в казахскую степь, и мечта поколений вернуться в потерянный рай детства. История о том, как личные воспоминания переплетаются с историческими трагедиями, а горячее желание обрести утраченную родину становится смыслом жизни.
Раздел Chitat.online для книги «Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Судьба семьи греков, депортированных в казахскую степь, и мечта поколений вернуться в потерянный рай детства. История о том, как личные воспоминания переплетаются с историческими трагедиями, а горячее желание обрести утраченную родину становится смыслом жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба семьи греков, депортированных в казахскую степь, и мечта поколений вернуться в потерянный рай детства. История о том, как личные воспоминания переплетаются с историческими трагедиями, а горячее желание обрести утраченную родину становится смыслом жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Одну из них – у своей бывшей коллеги. Дом ее оказался совсем рядом с Харитоновой работой. Ему не надо было садиться в свою машину и ехать куда-то; «Волга» его так и стояла у магазина, а сам он по задворкам приходил к ней домой в свой перерыв, как раз, когда она возвращалась со школы домой. Короткий переулок на четыре дома с двух сторон вел к одному из изгибов знаменитого, почти безводного глубокого и широченного, на метра четыре, оврага. Домишко было угловым и имело две худосочные, из полусгнивших, разного размера штакетов, калитки. Одна выходила на Шахматную улицу, другая, в переулок. Когда-то очень приличный дом на два выхода принадлежал семье учителей. Хозяин давно умер, и совсем старенькая глухенькая учительница, когда-то переучившая всю, теперь пожилую часть населения Осакаровки, сдавала половину дома. Харитон, с недавних пор называющий сам себя «Великим комбинатором», умел быстро войти в дом незамеченным, предварительно удостоверившись, что далекие, редкие прохожие не обращают на него внимания. Никем не замеченный, он чисто, на два раза, выбелил две комнатки, подправил печку, отремонтировал ножку кухонного стола. Самым новым предметом в новом жилище, как ни странно, оказалась железная кровать. Она не шаталась и почти не скрипела. После такого небольшого ремонта Анастасия Андреевна перебралась туда со своими кастрюлями, посудой и постельным бельем.
Мишутка находился в детском садике до трех часов. Расставшись с Харитоном, Анастасия Андреевна шла забрать сына и уходила к бабе Нюре: надо было ухаживать за ней, кормить и доить корову. В своем домике она бывала несколько часов. Растапливала печь, к приходу Харитона, потом перед уходом еще раз засыпала уголь, чтоб держалось тепло и не отсыревали стены. Встречались, как будто не виделись сто лет, радовались каждой минуте, проведенной вместе, тяжело расставались.
– Уж не знаю, как и объяснить такое явление, – смеялся Харитон, – все у нас получилось: и дом тебе нашли, и не просто, а рядом с моей работой, и Мишутка в садик устроен, словом, много всего, что помогло нам видеть друг друга хоть иногда.
– Не знаю, кто из нас такой счастливчик. Наверное ты, Митя.
– Я? Почему только я? А ты?
– Потому, что ты нигде никогда ничего не теряешь. Видишь, как много отрицательных местоимений? Нигде, никогда, ничего, – повторила она.
– А это плохо?
– Нет, ты счастливчик. А вот я теряю все. Тебе не кажется?
Харитон обнял ее:
– Знаю, тебе тяжело.
– Знаешь? – спросила она, посмотрев ему прямо в глаза, своими совершенно грустными «очами» – так их называл Харитон.
