Автор
Судьба семьи греков, депортированных в казахскую степь, и мечта поколений вернуться в потерянный рай детства. История о том, как личные воспоминания переплетаются с историческими трагедиями, а горячее желание обрести утраченную родину становится смыслом жизни.
Раздел Chitat.online для книги «Красная Поляна навсегда! Прощай, Осакаровка» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Судьба семьи греков, депортированных в казахскую степь, и мечта поколений вернуться в потерянный рай детства. История о том, как личные воспоминания переплетаются с историческими трагедиями, а горячее желание обрести утраченную родину становится смыслом жизни.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба семьи греков, депортированных в казахскую степь, и мечта поколений вернуться в потерянный рай детства. История о том, как личные воспоминания переплетаются с историческими трагедиями, а горячее желание обрести утраченную родину становится смыслом жизни.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но не пришлось, как-то не до нее стало. Надо было день и ночь работать, чтобы хоть как-то обустроить жилье по-человечески. Теперь вместо сбитых из досок лежанок купили три железные, на жестких пружинах, кровати: одна для матери, другая Феде, а на третьей – сестры спали вместе. Младшие братья теперь спали не на полу, как прежде, а перешедшем в их пользование широком лежаке. На них потрепанные, видавшие виды, матрасы, одеяла из лоскутков и пуховые подушки, благо в каждом дворе держались куры. О простынях и не мечтали. Если было чем накрыть постель, то это являлось знаком приближающегося благосостояния. К тому же появилась необходимость расширения жилья: кровати стояли впритык друг к другу.
Кухонной посуды не хватало катастрофически. Алюминиевые тарелки, ложки, вилки и кружки в самом ограниченном количестве. Вездесущие стеклянные граненные стаканы и те были редкостью. Если имелись в семье два-три стакана – хорошо. Нож был один, его берегли как зеницу ока. За каждую тряпку в буквальном смысле дрожали. Не было тряпочки даже посуду помыть, летом ее мыли пучком травы. Одежда на всех была с чужого плеча, штопаная-перештопаная. Если имелась выходная одежда, то есть без заплаток, значит этот человек жил в относительном достатке.
Семьи Христопуло, Истианиди и Харитониди делились друг с другом и посудой, и утварью, и одеждой. Дети двух семей вместе играли и стояли друг за друга горой. Иринин брат, Яшка, был неразлучен со своим четвероюродным, чуть младше его, братом, беззубым Митькой Харитониди, обязанность которого была нянчить годовалую Лизку, дочь дяди Пантелея. Мать ее, тетя Агапи, устроилась работать в колхозе дояркой. Ирини часто возилась с малышкой вместе с Митяем. Попозже к ним стал приходить играться бабки Нюры Ахтареевой, внучок Ваня. Его мать умерла от чахотки, а отцу некогда было заниматься сыном, вот Ванюшка и жил при бабке.
* * *Незаметно, в лишениях и тяжелом ежедневном труде сосланного народа, пролетело два года. Повзрослела детвора. В январе сорок четвертого в Осакаровку привезли целый эшелон чеченцев к тем немногим чеченцам, уже жившим здесь.
Яшка Христопуло со своей ватагой ребят был как раз на станции, которая в то время была центром жизни осакаровцев: здесь был постоянно вещавший репродуктор, закрепленный на столбе у тщедушного деревянного здания вокзала. Здесь можно было встретить новых людей со свежими новостями и их историей, купить какую-то нужную вещь с рук, попить из бочки воды, зимой погреться у разложенного на платформе костра.
Их тогда удивило присутствие там большого числа военных и милиции. Запечатлелся в памяти момент их высадки с поезда на всю жизнь. Был ясный морозный день, небо светло-голубого цвета и кругом белым-бело.
