Автор
Неуместное спокойствие не могло унять охвативший всех охотников тревогу. Вокруг – мир знакомый и затерянный одновременно: горы, леса, травяные склоны - все это кажется родным, но запахи незнакомы. Стая чувствует, что в мире произошло что-то необычное, о чем они даже не могут догадываться, поднимаясь над безмолвной равниной и густыми зарослями к горизонту....
Тыквоголовый спорки, хлопнув себя по лбу, предложил поиграть в ассоциации, надеясь, что какое-нибудь слово станет «ключом», однако затея ни к чему не привела. Нахалка заявила, что идея бредовая, лысый ее поддержал, синеволосая продолжала плакать, и лишь рыжий с белокурой почти десять минут перебрасывались со спорки словами, но зацепиться ни за что не удалось.
Полный провал.
В итоге они вновь собрались в кружок.
– Мы не знаем, кто мы, мы не знаем, где мы, – подвела печальный итог нахалка. – Остается надеяться, что о нас не забыли.
– В Пустоте – пропадают.
– Ты оптимистичен.
– Скорее прагматичен. – Лысый покачал головой. – Мы потерпели катастрофу в Пустоте, а значит, нас могло выбросить куда угодно.
– На ту планету, на которую летели, – проворчал рыжий. – Это же очевидно."
"– Если вспомнить Тринадцатую Астрологическую экспедицию, то совсем не очевидно, – не согласился лысый. – Но даже предположив, что мы находимся на нужной нам планете, остается вопрос: в каком месте? Сферопорт может оказаться за соседней горой, а может – за тысячу лиг отсюда.
– Такое возможно? – прошептала синеволосая.
– Вполне, – поморщился тыквоголовый. – Густонаселенных планет мало, а на остальных полно неосвоенных континентов.
На которые никогда не залетают цеппели.
Перспектива навсегда остаться в незнакомом мире заставила синеволосую вздрогнуть. Она тоскливо оглядела мужчин и поинтересовалась:
– Что же нам делать?
– Идти, – хмуро ответил лысый.
– Куда?
– А почему предлагает он? – окрысился рыжий. – Почему наш лысый спутник…
– Если ты еще раз назовешь меня лысым, я тебя убью, – ровно произнес тот.
Очень ровно, очень спокойно, но с такой уверенностью, что рыжий осекся.
– Какой грозный, – хихикнула нахалка. И прищурилась: – Ты что-нибудь имеешь против этого прозвища?
– Я вообще против прозвищ.
– Ничего другого предложить не могу. Ты будешь Грозным. А ты – Рыжим.
– Других забот нет? – хмуро поинтересовался тыквоголовый прежде, чем Рыжий возмутился.
– Мы должны как-то обращаться друг к другу, – поддержала нахалку белокурая. – Ты, например, будешь Тыквой.
Обладательница брючного костюма рассмеялась. А в следующий миг услышала:
– В таком случае, говорливую назовем Привередой, а длинную – Свечкой.
Высокая девушка с копной коротких белокурых волос и впрямь напоминала свечу.
– Ну и пусть.
– А я против!
– А тебя никто не спрашивает, Привереда.
