В темноте долины застыли красные волки – массивные тени по ту сторону реки. Капитан Шереметев протягивает тепловизорный бинокль начальнику штаба, и тот присаживается на камне, чтобы лучше видеть укрытое от его внимания оправданное недовольство красных волков.
Вообще, как Григорию Владимировичу показалось, Николай начал входить в азарт и, наверное, уже мечтал о задержании особо опасных преступников. По меньшей мере, надеялся кого-то подстрелить. Свое умение стрелять с одной руки, пусть и одиночными выстрелами, водитель уже продемонстрировал.
За очередным поворотом старший прапорщик резко сбавил скорость:
– Вот они, в полном сборе…
Впереди, в полста метрах от «уазика», на дороге стоял с включенным двигателем бронетранспортер серо-грязной полицейской окраски, готовый в любой момент перекрыть своим тяжелым телом дорогу так, чтобы проехать не смог ни один автомобиль.
– Хорошо, что они так близко позицию заняли, – заметил капитан. – Если записывают номера всех проезжающих машин, можно отыскать убийц. Они совсем недавно проехали, не более получаса."
"Инспектор ДПС показал жезлом в сторону обочины, несмотря на то что номер у машины был черный, военный. Николай включил сигнал поворота и послушно остановился. Пока инспектор шел к «уазику», трое омоновцев уже взяли машину под прицел своих автоматов.
Старший прапорщик и капитан покинули машину одновременно. Николай нес в вытянутой руке документы, а Шереметев просто козырнул старшему наряда омоновцев.
– Куда направляетесь? – спросил омоновец на очень плохом русском языке.
– В Махачкалу.
