В темноте долины застыли красные волки – массивные тени по ту сторону реки. Капитан Шереметев протягивает тепловизорный бинокль начальнику штаба, и тот присаживается на камне, чтобы лучше видеть укрытое от его внимания оправданное недовольство красных волков.
Пыль, осевшую на нем, быстро унесло течением. Помог подполковник Джамединов. Он не просто прислал полицейских в подмогу, он еще и бульдозер пригнал из соседнего поселка. Бульдозер не умел выносить с горки по одному камню, он просто счистил сначала камни по краям, добравшись до основания скалы, а потом стал отгребать в сторону камни, которые солдаты и полицейские сбрасывали с развалов в одну кучу. Так работа пошла быстрее, и даже успели завершить ее в светлое время суток. Но необходимости разбирать каменный завал целиком и не было.
"В работе была вторая смена, после которой к расчистке завалов готовилась приступить третья смена. То есть она была самая свежая, и у солдат не тряслись руки от таскания и бросания больших и тяжелых камней. Именно эту смену и вызвал Шереметев для завершающего этапа операции. Первая смена была наготове с автоматами в руках и перекрывала развалы с другой стороны, на случай, если кто-то сумеет выбраться самостоятельно и попытается бежать.
А сам Шереметев встал первым в строю третьей смены, приготовил световую магниевую гранату, не убивающую противника, находящегося в темноте, но за счет яркости вспышки и последующего горения полностью лишающую его зрения минут на пять, осмотрел солдат, проверяя их готовность, и рукой дал команду открыть люк.
Взрыва не произошло. Тогда Шереметев сорвал кольцо с гранаты и бросил ее в круглое отверстие входа. Громко щелкнул освободившийся прижимной рычаг. В боевой гранате вскоре за этим щелчком следует взрыв. Световая же, предпочитая иные звуки, громко зашипела, и даже по звуку легко представлялись огненные брызги, разлетающиеся в разные стороны.
