В середине сентября 1941 года в окрестностях Пскова— где-то в тени сосен и среди колючих кустарников— жители прячутся от немецких солдат. Это не просто сценка военного времени, это история о риске и решимости маленького отряда цыган, которые готовы на все ради выживания в этой глуши....
Похоже, «Красный вервольф 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Яшка с его языком, как помело, кадром был тем еще, конечно, но его умение без мыла из любой жопы вывернуться — в этом он был прямо-таки неподражаем. И машину водить умеет опять же…
— Дядя Саша… — Яшка тронул меня за рукав.
— Прости, задумался, — я подмигнул ему и повернулся к доктору. — Степан просил на словах вам передать, что завтра он с вами встретится близ того места, где коза на выпасе мочало съела, а два петуха пели хором. Надеюсь, вы понимаете, что это значит.
— Конечно, Александр… Как вас по батюшке? — Лев Борисович кивнул.
— Можно просто Саша, — усмехнулся я. Подмигнул — Да и вряд ли мы встретимся после того, как покинем этот дом, разве нет?
* * *"
"Вопреки опасениям, Яшка вовсе не балагурил, пока мы шли к дому Марфы. Не размахивал руками, не трепался. Крался за мной, как кот, неслышной тенью. В принципе, мы могли не скрываться, у меня был ночной пропуск, но мне хотелось посмотреть на «новое приобретение» в команде, так сказать, в дикой природе. Нет, я, конечно, понимал, что выживаемость у Яшки невероятная.
До дома Марфы мы добрались без приключений. Проскользнули вдоль кустов у берега, потом дворами. Один раз пришлось замереть в тени, пропуская патруль. Фрицы нас не заметили, увлеченно обсуждая недавнюю вечеринку на квартире у какого-то их дружка.
— Значит так, сегодня поспишь у меня, а завтра Марфа выдаст тебе ключи от комнаты, — сказал я, поднимаясь по лестнице.
— А что случилось с прежним обитателем? — деревянным каким-то голосом спросил Яшка.
— Обитательницей, — сказал я. — Ее в Германию отправили вместе с другими женщинами.
— Не расстреляли? — тревожно спросил Яшка.
— Насколько я знаю, нет, — ответил я. — И не в концлагерь угнали. Она портниха, вот фрицы и решили, что от нее в Германии больше пользы будет.
— Да я… Это… — Яшка замялся, но ответить не успел. Мы как раз поднялись на второй этаж, и с лестницы стало видно, что дверь в комнату Златы распахнута. А на полу у порога сидит Фима, раскачивается вперед-назад и подвывает тоненько.
Я бросился к нему и заглянул в лицо. Взгляд его блуждал из стороны в сторону, избегая моего.
— Фима, — я легонько тряхнул его за плечи.
