В середине сентября 1941 года в окрестностях Пскова— где-то в тени сосен и среди колючих кустарников— жители прячутся от немецких солдат. Это не просто сценка военного времени, это история о риске и решимости маленького отряда цыган, которые готовы на все ради выживания в этой глуши....
Похоже, «Красный вервольф 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тут неразбериха творилась, а он, сучий потрох, склад продовольственный себе в подпол перетащил. На него чекисты облаву устроили, а он от них в сортир спрятался, прямо в очко щучкой нырнул, думали, он там утоп, а он, смотри-ка, выбрался.
— А что же его потом не арестовали? — спросил я. — Когда поняли, что выжил?
— Откупился, видать, — доктор пожал плечами, как будто теряя к разговору интерес.
— Да вонял он так, что ни один чекист к нему подходить не стал! — захохотал Яшка.
— Тихо ты, — цыкнул я.
— Ох, прости, дядя Саша, забылся что-то… — Яшка снова хлопнул себя по лбу и голос понизил. — Так вот, значит, пшек этот спрашивает… А, я это уже говорил! В общем, мужичонка этот, Вяз который, долго вилял и ныл, потом сказал, что, мол, видел, как рядом с домом Шныря шныряли… Хе-хе… ребята Ухвата. И что, видать, они тут пальбу и устроили.
— Ухвата? — я приподнял бровь. — А это еще кто?
— А я почем знаю? — Яшка дернул плечом.
— А потом что? — нетерпеливо поторопил я, а то Яшка опять принялся поправлять свой куцый пиджачок.
— Да ничего потом, — Яшка всплеснул руками. — Пшек сунул Вязу в морду пару раз для острастки и выволок наружу.
— Дом не обыскивал? — на всякий случай уточнил я.
— Не-а, — мотнул головой Яшка. — Выволок Вяза… А, я уже это тоже говорил. В общем, он ушел и больше не приходил. И вроде как, историю про Ухвата он проглотил. Видать, поспешил этого самого Ухвата искать.
— Ладно, пес с ним, с пшеком пока что… — сказал я. — Сам-то ты что думаешь? Из города тикать будешь?
— Вот уж нет! — Яшка тут же надулся от возмущения. — Партизан из меня никакой, я в лесу или заблужусь сразу, или ногу в первой же яме поломаю. Да и потом, куда бежать-то? Везде фрицы одни, а в городе затеряться проще, усы наклею, картуз нацеплю, и вот уже другой человек!
— Отчаянный ты мужик, Яшка… — я покачал головой.
— Пааапрашу! — приосанился тот.
— Ладно, Семен Панфилович, — усмехнулся я. — Жить-то ты где собираешься?
— Так это… — Яшка поскреб затылок.
— Да ладно ты, не ссы, я про тебя уже договорился, — я ободряюще похлопал его по плечу, скрыв, что на самом деле я рад, что он никуда бежать не собирается.
