В лесу за массивным забором тихо стояла девушка, до этого не видавшаяся никому из окрестных домов. Николай сразу ее узнал — даже в темноте почувствовал знакомый силуэт. При этом зовок охранника Дана был скорее увещеванием к осторожности, чем запросом помощи.
Как сопротивляться человеку, который смотрит на тебя так, словно и раздевает одним взглядом, и укутать, укрыть от всего мира обещает этими же глазами в тот же миг?!
Она с таким впервые в жизни столкнулась и совершенно не представляла, как броню удержать, которая столько лет с любыми сложностями справиться помогала.
— Хорошо… Раз ты просишь, — заметил Николай как-то задумчиво все же.
И отступил на шаг, дав ей волю… Но при этом так странно как-то и совсем рядом остался, будто в любой момент готов был вновь подхватить ее.
"— Только в следующий раз я тебя уже из своих рук не выпущу, девочка моя, сразу предупреждаю, каким бы образом ты в них не оказалась, — тихо, самоуверенно до раздражения прямо, заявил вдруг и подмигнул, видя, что она настороженно наблюдает за ним, тут же развернувшись к нему лицом.
— Я замужем… — напомнила то, что вроде и так знал, если начало разговора вспомнить. — Мне есть, кому помогать, благодарю за предложение, — сделав вид, что вовсе не поняла его намека, попыталась перевести все в разрез помощи с осколками.
Еще сильнее выпрямилась, натянув отстраненную улыбку на лице, словно и не знала, как у него испарина на висках выступает, когда он ее губы целует, доводя Лесю до пика удовольствия!..
Проклятье!
Не умела притворяться в такой ситуации… Не могла верную тактику подобрать, стала срываться в нападки, как подросток.
Но не на того напала, видимо.
— Сомневаюсь… колючая моя… Ежик… Но меня не испугать твоими колючками, как и мужем, впрочем, — хмыкнул Николай глухо, продолжая ее так рассматривать, будто под микроскопом изучал, каждую деталь, жест, движение мимики отслеживал и записывал на какую-то флэшку в сознании.
А при этом тоже ведь на лице чуть саркастичное выражение, даже немного скучающая ухмылка на губах появилась… Но не в глазах. Взгляд невыносимо глубокий и пронзительный, погруженный в нее, как не так давно его плоть в тело Леси врывалась!.
И это его «моя», приставленное к любому обращению… дезориентировало капитально!
— Давай без фамильярства? У нас был потрясающий опыт, и не думаю, что ты вправе меня судить за то, что я искала приключений перед новым этапом в жизни, — улыбнулась чуть саркастично, словно избалованная богатая молодая девчонка, не привыкшая к отказу в принципе.
